Задверье

Объявление

текущее время Виспершира: 24 декабря 1976 года; 06:00 - 23:00


погода: метель, одичавшие снеговики;
-20-25 градусов по Цельсию


уголок погибшего поэта:

снаружи ктото в люк стучится
а я не знаю как открыть
меня такому не учили
на космодроме байконур
квестовые должники и дедлайны:

...

Недельное меню:
ГАМБУРГЕРОВАЯ СРЕДА!



Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Задверье » шляпа специалиста и прочие жизненные истории; » Садитесь жрать, пожалуйста (с)


Садитесь жрать, пожалуйста (с)

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

Что может заставить двух откровенно недолюбливающих друг друга женщин встать по одну сторону баррикад? Конечно же, месть.
Вот и Джорджия Готорн и Диетта Пуддинг одним славным июльским утром 1976 года решили найти преступника, чтобы со спокойной душой не любить друг друга и дальше. Дело в том, что на пекарню Диетты стали приходить поклепы: то тараканы вместо изюма, то плесень вместо глазури, то мыши вместо сыра. Джорджия пришла выяснить, что происходит, а в результате предложила на время занять место официантки, чтобы вычислить злопыхателя и, естественно, наказать, да так, чтобы другим неповадно было. Мисс Пуддинг согласилась.
Одна маленькая деталь, таких официанток в "Пальчики откусишь" ещё не видели. И надеются, больше не увидят.

Отредактировано Diette Pudding (17.12.13 19:50:32)

+2

2

Всё началось с почты.
Целое рабочее утро Джорджия провела, предаваясь единственному чувственному наслаждению, уместному в любое время суток. Чтению.  В газетный киоск неподалеку от больницы только-только завезли новое пополнение серии "Кровавый палец" - неуклонно растущей стопки очень дешевых и прескверно написанных триллеров, тем не менее обладавших неоспоримым преимуществом по сравнению с другим чтивом: они не приедались. Да-да, несмотря на то, что из тома в том на читателя выплескивались обильные озера крови, вываливались горы трупов, а преследуемые туповатыми и малосимпатичными полицейскими обворожительные маньяки с тяжелым детством и большими тесаками страдали неуловимыми различиями, всякий раз, когда сарафанное радио объявляло о выходе "новинки" в продажу, мисс Готорн выходила на тропу войны и начинала осаду всех окрестных торговцев, имевших хоть какое-то отношение к бумаге. Даже если это были всего лишь упаковочные пакеты.
Вчера же вечером ей посчастливилось ухватить не одну, а целых пять прежде ускользнувших от зоркого глаза книг. За ночь самой большой, возможно, единственной поклоннице малоизвестного автора Аноним. А. удалось с большого кровавого пальца добраться до безымянного. Мизинец же оставался аккурат на сладкое:  рабочее время. Сейчас город могли безнаказанно наводнить полчища крыс, поразить незапланированные болезни, забрызгать с фундамента до крыш карами Господними - и всё прошло бы мимо прежде чуткого к своим обязанностям эпидемиолога. Джорджия читала, мир ждал.
Но шестое чувство и периферическое зрение не мог перебить даже лучший триллер всех времён и народов, с коим Инфекции пока не доводилось сталкиваться. Где-то на двести шестьдесят первой странице и восьмом расчленённом премьер-министре ей начало казаться, что кто-то - или что-то - мельтешит. Да, именно. Слоняется из стороны в сторону вне поля видимости, однако настойчиво не исчезает и вроде бы даже постепенно приближается к ней. Логичным было бы предположить, что у кого-либо из сотрудников возникло, скажем, важное дело или в больницу поступил очередной покусанный болонкой паршивец. В последнее время они стали подлинным бедствием: и агрессивные любимцы домохозяек, и собаки соответственно. Но по той же логике в это самое время ни один благоразумный человек не  стал бы беспокоить её по таким пустякам.
Джорджия прикрыла глаза, не упуская из виду повороты сюжета. Нахмурила брови. Вслепую показала в пространство кулак. Помеха не исчезла. Более того, вроде бы даже осмелела.
Неизвестный храбрец, видимо, понял вообще-то характерно красноречивый жест нетривиально и, наконец решившись, опустил на стол нечто. Да ещё и кашлянул,чтобы возможности продолжать игнорировать его уже точно не осталось.
- Что это? - мрачно воззрилась девушка на подношение. Коробка. Обычная.  Картонная, перевязанная веревкой, без каких-либо опознавательных знаков.
- Посылка, мисс... 
- Готорн. Мисс Готорн, - машинально перелистнула страницу Инфекция. Ей было некогда даже отчитывать девчонку. Молоденькая медсестра, по всей видимости, из приёмного покоя, которой вообще не следовало бы здесь находиться. Не её территория.
- Её оставили у стойки регистрации так, что никто из персонала не видел, когда и как именно. Просто коробка с просьбой доставить в лабораторию. Ни почтового штемпеля, ни обратного адреса, больше ничего.
- То есть здесь может быть бомба или споры сибирской язвы, но коробку  всё равно принесли сюда? - правая бровь против воли поползла вверх. Опуская мелкие уточнения вроде того, что и то, и другое не только бы не повредило коню Апокалипсиса, но даже не сошло бы за мелкий чих, ситуация и вправду складывалась оригинально.
- Но ведь Вы тоже чувствуете этот аромат, мисс? - глаза за стёклами очков напротив подёрнулись мечтательной дымкой. - Это просто не может быть что-то ужасное. Пахнет корицей и ванилью, очень вкусно!
Инфекция вздохнула и захлопнула книгу. Представлять,  какое любопытство вызвала несчастная коробка у сплетниц за стойкой, вовсе не требовалось. Как и рассчитывать, что от неё так просто отстанут. Хотя грымзы могли прийти к ней сами, а не посылать жертвенного ягнёнка в шапочке - бери и ешь.
Впрочем, можно было ещё понадеяться, что ей прислали чьё-нибудь отрезанное ухо. Или пару совершенно конкретных ушей, пересыпанных солью.
- Оставьте здесь и идите работать, - узелок всё никак не поддавался, в конце концов ей пришлось попросту порвать верёвку. - Что за...?
Вопрос, между прочим, повис не с потолка. Под крышкой и тремя слоями тончайшей обёрточной бумаги таилось...пирожное. Белоснежное, пышное, усыпанное серебряным драже, роскошное произведение кулинарного искусства, тем не менее, грубо испорченное: с пухлого бока зиял след варварского укуса. Пирожное, в самом деле, дивно пахло. Навевая не лучшие ассоциации и вызывая смутные подозрения.
Ничего не понимающая Джорджия с минуту промедитировала на странное содержимое и только потом вытащила из коробки письмо, демонстративно выпроставшее уголок из-под обёртки. Градус замешательства подскочил вдвое: текст записки не был ни написан от руки, ни напечатан на машинке. На неаккуратном огрызке бумаги красовались буквы, вырезанные из газеты.
"Маникюрными ножницами" - зачем-то прибавила память и ушло на задний план. Содержание, как оказалось, принадлежало банальной кляузе. Им в лабораторию ещё не приходили письма подобного содержания, но свежестью впечатлений тут и не пахло. Скорее - в этом Инфекция могла бы поклясться - чем-то очень знакомым. Она вновь окинула взглядом газетно-буквенную несуразицу, обращавшую внимание глубокоуважаемой мисс Готорн на некую кондитерскую, посетители которой подвергаются смертельной опасности. Опасность, по мнению отправителя, заключалась в то и дело попадающихся грязи и насекомых в выпечке, а также в двойной дозе лишних калорий, нежели то было указано в меню. Также тот ядовито намекал, что в любой момент кто-нибудь из клиентов может отравиться по вине некоей хозяйки некой кондитерской, и просил принять меры.
"Это сколько ж нужно было просидеть, составляя такой длинный текст" - восхитилась Инфекция. Под письмом оказалось ещё одно вложение, появление которого она могла бы предсказать не хуже Корпслэнда, едва увидев злополучное пирожное. И верно, что же это могло быть, как не визитная карточка Диетты Пуддинг.
Однако.
С возросшим любопытством Джорджия ткнула карандашом в коробку и легко пошурудила внутри. Так, на всякий случай. Кто же знал, что "всякий случай" вылезет наружу из кремовой начинки, чтобы поздороваться. Да к тому же смущённо пошевелит длинными усами.
- ...Твою лошадь, Диетта!!! - душераздирающий вопль смёл пыль с подскочившей крыши госпиталя. И не то чтобы Инфекции не нравился Шеффра. Но. Присылать. Лично. Ей. Тараканов. Было. Чересчур.
Кому-то придётся поплатиться за свою наглость.

Уже десять минут спустя в кондитерскую "Пальчики откусишь" влетела разъярённая Джорджия Готорн собственной персоной. Только благоразумие удержало Инфекцию от того, чтобы примчаться на место на своих четырёх и только привычка вынудила её успеть выскочить из машины перед входом, а не въехать в крыльцо на полной скорости. Далеко перед собой в вытянутой руке, двумя пальцами девушка держала клетку, в которой находилась ещё одна клетка. А уж в клетке в клетке  болталась наспех завязанная коробка.
Она не стала ни задерживаться в зале, ни обращать слушать подскочивших к гостье официантов. Громко (не факт, что не нарочно) цокая стальными набойками на туфлях, Джорджия протопала прямо на кухню.
- Диетта! - глас справедливого негодования мог бы выйти и поубедительней. С решительностью у Инфекции было всё в порядке, но прямо сейчас девушка буквально задыхалась от гнева и глотала воздух большими кусками, не разжевывая. – Когда ты уже начнёшь контролировать... своих... воздыхателей!
Клетка с письмом шлёпнулась на ближайший стол.

+3

3

Утро было рабочим. Проголодавшиеся (сами или при помощи небольших уловок Диетты) висперширцы ровным неиссякаемым потоком вливались в двери пекарни, а выкатывались из них довольные взрывом волшебных вкусов и временно сытые. Периодически хозяйка выпархивала из кухни и сама разносила угощения, перекидываясь фразами с посетителями, демонстрируя себя-прекрасную и принимая букеты комплиментов и жадных взглядов.
Голод любила такие дни. Особенно приятно было бы после подобного пиршества устроить пару десятков тысяч голодных смертей, но пока что приходилось ждать и довольствоваться малым. Скорее бы очередной Апокалипсис. Хотя, конечно, пекарню будет жалко - Пуддинг ещё не успела в неё наиграться.

Как раз сейчас Ди строго оглядывала кухню, подмечая все детали. Она ласково похвалила себя за то, что всё и все работают, как часы, и начала обычный разнос сотрудников. Строго говоря, подобные речи и разносом-то не были, все работники прекрасно знали, что самой безжалостной, даже жестокой, Диетта была только на собеседовании, но те, кто смог пройти жёсткий отбор и смертоносный испытательный срок, дороги владелице «Пальчиков», больше, чем какие-нибудь ненужные и бесполезные родственники. Ругается же она только для того, чтобы поддерживать трудовую дисциплину в коллективе и подчёркивать строгую иерархию – «Я главная, а вы так себе». Впрочем, если кто-то действительно совершал грубую ошибку, это грозило реальным убийством.
- Вильям, смотри за огнём. Марта, тебе сахара жалко? Сыпь ещё. Ещё сыпь. Да дай сюда, посмотрела бы я на того, кто учил тебя так готовить карамель, руки бы ему оторвала.
Миссис Вест, миссис Вест, слышите меня? Не нужно лезть под руку Барту, не думаю, что вы удержите этот противень. И не надо мне ничего доказывать, удержите-удержите, верю, только перестаньте заламывать Барту руку за спину.
Барт, выпрямись и бери противень. Ну куда ты идёшь, скажи мне, а? Не видишь, там миссис Вест. Уронишь, вычту все бисквиты из зарплаты! Да противень уронишь, не миссис Вест. И это не значит, что её можно ронять и мстить за руку. Сам виноват, что тебя может заломать восьмидесятилетняя благородная леди, в спортзал бы походил что ли. Женщины любят мужчин, которые могут постоять за себя, правильно я говорю, миссис Вест?
Салли, я всё вижу, сунешь палец в шоколадную глазурь, будешь три дня отмывать посуду, ты меня поняла? Так, чтобы я от её блеска глаза закрывала. И не украшай Тот Самый Торт, я сама.
Барт, яйца! Да не эти яйца, идиот, убери оттуда руки и подними противень. Тебе ещё повезло, что противень пустой, твоя зарплата цела. Принеси миссис Вест яйца.

В этот самый момент дверь на кухню с грохотом распахнулась, и внутрь ворвался кто-то, очень громко намекающий, что не прочь бы видеть Диетту. Голод неторопливо повернулась, поставив мысленную заметочку – серьёзно поговорить с официантами, пускающими посторонних в святая святых пекарни.
- А, это ты, Джорджия, как неожиданно и приятно видеть тебя на моей кухне, - Диетта растянула губы в ненатурально-радушной улыбке, недовольно вытирая руки полотенцем. - Кстати, в следующий раз можешь подождать меня в зале, незачем врываться сюда. Я обязательно выйду, чтобы поговорить с важным клиентом. Что ты хочешь? Пирожные? Кексы? Булочку? Скидку? Бери всё и давай, посплетничаем как-нибудь попозже, хорошо? Обсудим воздыхателей, ухажёров, ухожоров и всё, что твоей душеньке угодно.
Пуддинг бросила полотенце на стол и поправила свой любимый поварской колпак. Голод тщательно берегла его, а ещё кружевной фартучек, для того, чтобы как-нибудь поиграть с Арвудом в обворожительного повара и дерзкого дегустатора.

Диетта, наконец, поняла, что мисс Готорн, кажется, была слегка не в себе. И в руке держала что-то странное.
- Что это? – Пуддинг наклонилась ближе, чтобы рассмотреть конструкцию из клеток и коробочки. Принюхалась.
- Зачем ты принесла мне на кухню моё же пирожное? – уж свою выпечку Ди могла узнать и на расстоянии мили. – Так, для справки, его можно съесть в зале для посетителей, а рассказать, как оно чудесно, можно попозже. Я работаю. И успокойся, у тебя так руки трясутся, что крышка коробки поехала. И… и… МИССИС ВЕСТ! Ситуация «один-один-ноль, СОС»! Срочно сюда! Никому не двигаться, если он уйдёт, будете искать до тех пор, пока не уничтожите!
Из-под крышки высунулся таракан. Самый настоящий. Он осмотрелся, пошевелил усами, выполз, важно прошёл к краю клетки и спланировал на пол. К сожалению, на этом его жизненный путь оборвался. С другого конца кухни пришла на помощь старушка и, не жалея вредителя, его семью и друзей, раздавила насекомое.
Пуддинг стояла, широко распахнув глаза и наблюдая, как место убийство протирают половой тряпкой, окончательно смывая все улики.
А потом Ди взорвалась.
- Готорн! Какого чёрта ты сунулась сюда с тараканами?! Ты совсем сдурела, кобыла? Я к тебе в работу лезу, лезу? Нет, ты мне ответь! Ты мне сейчас же ответь! И выкинь эту коробку, что там ещё, мыши, крысы, ядовитые растения?!
Женщину поддержала всё та же старушка:
- Так её, милая. Ишь чего, всякую пакость к еде тащуть. Гони эту чернявую взашей, Диеттушка, а уж мы подсобим всем миром. Барти, помоги бабушке.
На Инфекцию стеной наступали все работники пекарни во главе с разъярённой Диеттой. Кто-то закатывал рукава, кто-то взвешивал в руке скалку, а миссис Вест проверяла остроту огромного ножа.
- Ты сейчас же пойдёшь со мной и объяснишься, - прорычала Голод, хватая Инфекцию за локоть и таща её за собой сначала в зал, где по пути бросила испуганным официантам: «С вами потом поговорю», а затем в небольшую каморку, служившую Диетте местом отдыха. Стол, два стула, диванчик и окно – вот и вся комната. Выпустив руку Джорджии, Пуддинг зло посмотрела на Готорн.
- Учти, я только что спасла тебя от смерти, хотя с удовольствием бы придушила сама. В твоих интересах рассказать, что это было.

Отредактировано Diette Pudding (18.12.13 00:00:45)

+3

4

- Я лезу в твою работу?! – от несправедливости сказанного она даже затрясла головой. На какую-то секунду ей будто бы послышалось, что её,  Джорджию Готорн, обвинили в намеренной диверсии. Неважно, что, по сути, именно это (за исключением злого умысла) и произошло. После того, как Инфекция поспешила приехать, чтобы содрать шкуру с тараканьего шутника, а также солидный штраф с Пуддинг за беспокойство и потраченный впустую бензин, вряд ли стоило рассчитывать на радушный приём. Но она рассчитывала. Если уж не на чашечку какао с пятью кубиками рафинада (сахар отдельно), то на то, что рассказ успеют выслушать. Хаос бы побрал Диетту с её дурным темпераментом! Как же, мешает работать. Будто бы хотелось отрываться от любимой книжки и тащиться в такую даль, чтобы дать повод на себя поорать.
- Я к этой пакости больше и пальцем не прикоснусь! Можешь самолично её съесть  с тараканом вприкуску! - на крик и неконтролируемую агрессию Джорджия отреагировала быстро и аналогично, с завидной долей экспрессии и вдохновения. Ну и что, что она одна на вражеской территории перед превосходящими количеством силами противника? Будто в первый раз отбиваться от наездов одновременно с нескольких сторон, так куда интереснее.
- Нарываешься, старушенция? На больничную койку захотела? Так у меня с собой в фургоне! Всем достанется, никто не уйдёт обделённым! 
Слышал меня, жлоб? Положи эту штуку. Положи и не направляй на меня. Не пробуй даже думать об этом, если в голове ещё что-то осталось! Раз уж  хочется лишиться пальцев, оттяпай их себе сам, не занимай моё время!
А на тебя, пупсик, стандартной каталки не хватит, так что складывайся, складывайся сам, пока я не подошла!  Слейся со стенкой, занимаешь многовато места. И НЕ СМЕЙ СМОТРЕТЬ НА МЕНЯ СВЕРХУ ВНИЗ, СЛЫШИШЬ?!

Мало помалу над хладным трупиком виновника свары образовался локальный темноволосый смерч: Инфекция легко успевала поворачиваться из стороны в сторону, чтобы бросить вызов неприязненным взглядам и скалкам.  Каждый выкрик девушки, заставлявший дребезжать посуду на полках и крючках, вдобавок сопровождался соответствующим жестом. Причём не всегда приличным, так как, в отличие от брата, понимающего толк в сквернословии, Готорн предпочитала демонстрировать намерение оскорбить действием, пусть только на пальцах. Она ещё долго бы могла продолжать генерировать адреналин в окружающее пространство, но на подходе к самой высокой ноте и тяжелейшим последствиям поток угроз прикрыли быстрым и эффективным способом: убрав распалённую валькирию с поля боя.
- Не трогай меня, двуногое! – продолжала разоряться взбешённая Джорджия, увлекаемая прочь из кухни.  Разница в росте между ними была не так уж велика. Однако  даже в режиме сколопендры-берсерка Готорн не удалось высвободить руку из стального захвата хрупких на вид женских пальцев.
Удивительно, но стоило им остаться наедине, как поведение Инфекции резко переменилось. Короткая вспышка сразу же после эмоционального потрясения от свидания тет-а-тет с насекомым отняла много сил.  Без тени стеснения Джорджия плюхнулась на диван, вытянула ноги до ближайшего кресла (ах, если бы оно стояло чуточку подальше, ах, если бы ноги были немного длиннее), при том ни разу не опустив глаза, чтобы видеть передвижения собеседницы.
- Если ты и спасла кого-то, то только свою свору. Хотя, судя по всему, они и так все, как один, поражены дистрофией головного мозга. Вялотекущей, - уточнила Готорн, пожимая плечами. - Ты их специально подбираешь или вздумала участвовать в благотворительной акции? А вообще неважно… Держи.
Метким движением она перебросила женщине напротив смятый конверт. Пусть Диетта поймёт, до чего довела её так называемая привлекательность. Или это происки конкурентов? В любом случае, разбираться не ей.
- Полюбуйся, - мрачно сказала Джорджия. – Пришло с утренней почтой. Сложи два и два и поймёшь, почему я приехала. Этот кретин, кто бы он ни был, сделал большую ошибку, когда появился на свет. Никто не приходит в голову?
В ожидании ответа Инфекция немного расслабилась. Возлежание на мягком диване в разгаре рабочего дня дарило непередаваемое ощущение. Ведь как раз в это время начинался выезд по вызовам со всего города.
Напряжённую паузу пронзил громкий крик. Совсем было прикрывшая глаза Готорн вздрогнула и повернула голову в сторону зала: звуковая волна шла оттуда почти непрерывным потоком, к тому же, не давала шанса пропустить смысл.
- Мышь!!! У меня под стулом пробежала мышь!
Самое забавное заключалось в том, что голос, судя по всему, принадлежал мужчине. Однако ей давненько не доводилось слышать, как вопят настолько противно и тонко.
- Слышала? – девушка вновь обратилась к Пуддинг. – Учти. Мне чихать, если твоя лавочка развалится здесь и сейчас. Но я против, если моим ребятам придётся ежедневно плестись сюда и выгребать чей-то мусор, безразлично по какой причине.

+3

5

Губы Диетты слегка подрагивали, отчаянно сопротивляясь потоку не самых приятных слов, рвущемуся вылиться на голову развалившейся на диванчике Готорн. Если Пуддинг сейчас сорвётся, одним трупом в пекарне будет больше. Женщину останавливало лишь то, что Джорджия, к сожалению, не таракан – так легко от её безжизненного тела не избавишься. А хотелось бы, если честно.
Однако, после того, как поняша напала на её команду, Ди не сдержалась, глубоко вдохнула, чтобы начать свою пылкую речь, разбившую бы Инфекцию в пух и прах и заставившую её забыть дорогу к пекарне, но поперхнулась, когда в сторону Пуддинг пролетел конверт. Подобрав его, Диетта грациозно опустилась на стул напротив Готорн (плюхнуться не позволило чувство собственного достоинства) и неаккуратно вытянула листок с вырезанными буквами, отчего тот порвался. Голод раздражённо сложила половинки и разгладила письмо на коленке, после чего пробежалась глазами по тексту и изумлённо захлопала ресницами, пытаясь сообразить, кто же ей так удружил.
- Приходит, - Голод помотала головой, в которую действительно мгновенно явился самодовольный образ, заставив тщательно уложенные с утра рыжие локоны нервно рассыпаться по плечам. – Но Бледри обычно не повторяется. По крайней мере, он бы придумал что-нибудь пооригинальнее, чем присылать тебя ко мне.
Пуддинг посмотрела на Джорджию, будто ожидая, что та сейчас вскочит, вынет из-за диванчика приготовленный заранее букет чудесных цветов и радостно защебечет, мол, улыбнитесь, Вас снимает скрытая камера, помашите ручкой. Пирожное мы у Вас выкрали, письмо составили ученики младшей школы «Вспышечка на Солнышке», а таракан – заслуженный артист Виспершира.
Пауза затягивалась, а Инфекция так и не спешила радовать Ди. Вместо этого со стороны главного зала послышался вопль, окончательно убивший понимание Пуддинг. Какая мышь? Откуда мышь? Откуда, чёрт возьми, у неё в пекарне мышь?!
Голод вскочила и коротко выплюнула фразу в сторону Готорн.
- Если узнаю, что это твоих копыт дело, длинногривая, убью, - после чего, вылетела из комнаты к посетителям, еле сдержавшись, чтобы не выбить дверь ногой.
В зале от подобного явления владелицы пекарни повисла гробовая тишина, не нарушаемая даже обычными в таких ситуациях трелями сверчка - насекомое не было самоубийцей, поэтому не совалось даже к порогу заведения. Затих даже визжащий мужчина, сидящий с ногами на столе и судорожно прикрывающий голову руками. Виновница произошедшего пошевелила усами, «Кажется, все виновники произошедшего сегодня шевелят усами. Интересно, у Готорн есть усики?», подхватила упавшую со стола крошку, махнула на прощанье хвостом и выбежала на улицу.
Все, будто по команде, уставились на Пуддинг. Диетта гордо выпрямилась, оглядывая клиентов, и заговорила хорошо поставленным голосом, не выдавая своего отвратительного состояния.
- Прошу минутку внимания. У каждого есть недоброжелатели, мы все это знаем. К сожалению. Только что вы могли заметить подлую диверсию, совершённую бессовестным человеком. Не волнуйтесь, мы найдём виновного. И накажем, - Диетта сверкнула глазами. – Сейчас же я вынуждена попросить вас покинуть пекарню, чтобы наши работники смогли найти улики и очистить помещение. В качестве извинения, мы преподносим каждому по бесплатному угощению на ваш выбор. Большое спасибо. Завтра же пекарня продолжит свою работу. Ещё раз приношу свои извинения.
Диетта зашла обратно в свою комнатушку, подвинув плечом Джорджию, которая всё это время, оказывается, была рядом.
- Готорн. Это правда была не ты? – женщина присела за стол и уткнулась лицом в ладони, соображая, что же делать. – Если бы я только выяснила, кто этот урод, я бы… Хм.
Голод отняла руки от лица и внимательно посмотрела на Джорджию.
- А тебе ведь тоже не понравится, если тебя будут дёргать из-за моей пекарни?
В голове женщины зрел План.

Отредактировано Diette Pudding (09.01.14 23:49:56)

+2

6

Да здравствуют печеньки и прокрастинация!

- Очень нужно, - презрительно, совсем не по-женски и не факт, что по-человечески фыркнула Готорн. - Коррин, конечно, по-своему душка. Пока не превращается в тушку с душком. Пить с ним приятно, но вмешиваться в эти ваши...кхм.. Если хочешь знать, Диетта...
Как оказалось, едва начавшиеся разглагольствования Диетта не хотела ни знать, ни слушать. Джорджия, впрочем, на сей раз прекрасно обошлась бы и без собеседницы, особенно если учесть, в каких конкретно выражениях она собиралась пояснять, почему её, Инфекцию, не — обратите внимание, не! - присылают, не посылают и не отсылают куда бы то ни было, если это не касается почты. Только чистое любопытство подтолкнуло её преждевременно закрыть рот на полуоскорблении и почти след в след выползти за вздыбившейся рыжей гривой хозяйки пекарни. И будь она проклята, если не видела, как кончики локонов извиваются сами по себе, будто собираясь зашипеть.
«Кого у нас в восьмёрке только не встретишь. Вот, Медузы Мормонов попадаются» - меланхолично, но чрезвычайно ехидно подумала Готорн, наблюдая за творящимся бедламом со стратегически правильной неприметной позиции.
За чужими бедами следить куда приятнее, чем за своими. Тем более, за редчайшим зрелищем: извиняющейся перед толпой смертных Голодом. Для полного счастья не хватало только попкорна. Хотя почему бы и нет? Пока в зале накалялись страсти, Инфекция воспользовалась тем, что присутствующие смотрели в одну сторону, и наглым образом прихватила с одного столика вазочку с ванильным мороженым. Пакет кукурузных палочек она конфисковала у какого-то зазевавшегося малыша ещё раньше и теперь хрупала ими сочувственным аккомпанементом под оправдательную речь и надрывный рёв на третьем плане. А нечего приносить дешёвый ширпотреб в дорогую кондитерскую, да ещё махать им во все стороны.
Представление закончилось досрочно, так что закуску пришлось взять с собой обратно. Разочарованная (и это всё, а где костёр?) Готорн плюхнулась на прежнее место.
- Ещё бы, - девушка уныло повозила последней палочкой в подтаявших ванильных сливках. -  Будто и без того проблем мало. Не представляешь, что устроил Пайтон на прошлой неделе из-за одной мелкой жалобишки. Чертям в прозекторской стало жарко. Это тот, что младше и без царя в голове больше, чем на половину. Совершенно непредсказуемый чудик. И если бы таракана доставили не мне, а ему...
Спохватившись, с кем какими подробностями делится, Готорн вздрогнула и сосредоточенно засопела. Пока что ситуация складывалась не лучшим образом, но предел совершенству достигнут не был; всё ещё могло окончательно скатиться в тартарары. 
Например, когда Пуддинг отойдёт от шока и решит действовать.
- Нет, нет, нет, нет, остановись сейчас же! - запаниковавшая Джорджия замахала руками так, что останки пиршества разбрызгались по стене варварскими потёками. Повод для беспокойства имелся и прескверный: Голод, жаждущая мести, на расстоянии вытянутой руки. - Ну-ка внимательней присмотрись ко мне. Сиськи видишь? Точно? Да не свои, а мои! А теперь, когда уверилась, что я не мужик, прекрати пялиться, возьми ноги в руки и найди себе лопуха, который как обычно решит для тебя твою проблему! Там, на кухне целая грядка выросла, между прочим, рванёт в бой по первому слову!
Сколь ни искренним было возмущение, к стыду Джорджии, дать себе волю и наорать на собеседницу всласть она всё же не могла.  Чужая территория, чужие правила, ма-а-аленькая случайная оплошность, на которую в любом другом случае Инфекция бы демонстративно начхала. Пятно на обоях расползалось всё отчётливей и совершенно не собиралось останавливаться. Подумаешь, пара крохотных капелек, а старается выглядеть так, будто вот-вот захватит  стену, комнату, за ней пекарню и ещё пол-акра земли.  Интересно, хватит ли этого Диетте, чтобы окончательно взорваться вместе со своим детищем?
Орудия преступления удалось запихать за диван без лишнего шуршания и звона. С невозмутимым выражением лица Готорн по сантиметру продвинулась вдоль стены и почти прикрыла плечом вызывающе лоснящуюся пакость. Вид при том она приобрела подозрительно мирный, если не сказать хуже —  дружелюбный.
- Впрочем ладно, давай поговорим. Я тут случайно вспомнила, что сегодня мне совершенно нечего делать, - «кроме как вляпываться в дурацкие истории с твоим участием».
Где-то там, в далёкой-предалёкой галактике укоризненно вспыхнул пламенем роман в мягкой обложке.

+2


Вы здесь » Задверье » шляпа специалиста и прочие жизненные истории; » Садитесь жрать, пожалуйста (с)


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC