Задверье

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Задверье » завершённые квесты; » квест 6.6. список вопросов смерти, убийств и всего такого


квест 6.6. список вопросов смерти, убийств и всего такого

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

Полицейский участок, одиночная камера, 3 часа пополудни. Два часа до Апокалипсиса. 23 декабря 1976 года.
Подозреваемые: Кристофер Джонс, Найджел Ломман, Генри Грэхем, Алистер Кэрролл

Инспектор Ломман знает, что к его собственной смерти самое прямое отношение имеет мистер Джонс. Также инспектор знает, что именно мистер Джонс чуть не отправил к праотцам инспектора Блейка. Кроме того, за время работы над делом Кардиолога у инспектора скопилась масса вопросов, требующих ответов. А теперь у него есть целая вечность впереди и законное право допрашивать мистера Джонса без перерывов на сон, еду и рытьё подземного хода.
Профессор Кэрролл, являющийся сожителем, коллегой и в некотором роде начальником Сариэля, не мог бросить в беде собрата по ордену сизокрылых. Узнав об аресте Кристофера, Алистер сразу же рванул в полицейский участок. Не имея в планах намерения препятствовать свершению правосудия, тем не менее, Метатрон не собирался допустить, чтобы верного своему долгу ангела лишний раз нервировали.
Генри Грэхем тоже был крайне обеспокоен дальнейшей судьбой Кристофера. В конце концов, на юного, ненавидящего демонов Сариэля, у него были грандиозные планы.

Очерёдность: Найджел Ломман, Кристофер Джонс, Алистер Кэрролл, Генри Грэхем

+1

2

На часах было почти три, когда Ломман аккуратно прикрыл дверь своего кабинета и направился туда, где располагались камеры для заключенных. Он был крайне сосредоточен и хладнокровен и даже порадовался тому, что его нервные клетки больше не способны тратиться. Так, остаточные процессы, застывшие в эктоплазменном анабиозе. Сегодня ему были гораздо более нужны процессы мысленные, и уж они никак не должны были дремать. Допросить убийцу, который вдобавок ко всем своим злодеяниям приложил руку к твоей смерти, да еще и покушался на жизнь напарника - это вам не шутки. И если собственную смерть Найджел уже почти готов был простить (раз уж этого уже никак не изменить), то причин прощать нож, так опрометчиво занесенный над Блейком, он не видел ровно никаких, даже несмотря на то, что Бертрам остался жив, а преступник без какого-либо сопротивления сдался в руки правосудия.
- Итак, мистер Кристофер Джонс, - инспектор положил на стол папку, озаглавленную корявой неразборчивой надписью в четыре строки с двумя восклицательными и одним вопросительным знаками, и воззрился на сидящего напротив своим самым мягким из самых недружелюбных взглядов.- Вот мы с вами и встретились, да еще в такой исключительно приятной обстановке. Вы, конечно же, понимаете, о чем мы будем разговаривать и как именно.
Найджел на минуту замолчал, просматривая последние страницы, дописанные им в спешке, источником сведений для которых был забинтованный до ушей, но весьма героический в перечислении подробностей и деталей произошедшего инспектор Блейк. Разговаривать предстояло о многом, Бертрам выложил на стол последние детали мозаики, и теперь-то уж надо было сложить все это в одно и выяснить до конца все многочисленные "как", "зачем" и "почему". Клетчатое одеяло на стуле напротив робко шмыгнуло носом, но этим призрака было не разжалобить.
Инспектор задумчиво перелистал список жертв. Тринадцать жертв, убитых до рокового дня 17-го сентября, затем он сам (Найджел иногда всерьез подумывал о том, не стоит ли ему отмечать эту дату в календаре как День своего переРождения), три жертвы, убитые после, и затем еще три, отличавшиеся коренным образом от всех прочих наличием своей переродившейся сущности. Последняя жертва несколько выбивалась из этого упорядоченного словно бы по расписанию списка убийств, но мысль об этом Ломман отложил на "чуть позже".
Во всем этом была определенная логика. Найти бы еще какая...
Итак, Харди, Дэшвуд, он сам и мисс Грей стали призраками. Все четверо были людьми, ведущими вполне себе примерный образ жизни. Логично было бы предположить, что они были убиты одним и тем же хотя бы по признаку обнаружения эктоплазмы на месте преступления.
Шестнадцать убитых звания "Почетный гражданин Виспершира" не имели, как не имели и шансов его получить. Призраков среди них не наблюдалось. Последний убитый стал демоном, и это уже было совсем ни к чему...а возможно, наоборот - являлось зацепкой и хвостиком к чему-то, что предстояло дернуть за этот самый хвост и вытащить на свет божий.
Как бы то ни было, в расследовании всего этого без упоминания различных нечеловеческих сущностей было никак не обойтись, хотя бы потому что оба пойманных Кардиолога людьми, по большому счету вовсе не являлись. Значило ли это то, что мотивы совершенных ими убийств были гораздо больше мелочных человеческих причин типа мести/желания узнать как устроен организм любимого соседа/необходимости избавиться от свидетеля собственного позорного падения в лужу во время прогулки? Несомненно. И тут Блейк почти наверняка был прав так же, как когда выдвигал теорию о двух Кардиологах, подтвердившуюся в полной мере - цели их были разными, пусть и действовали они в одной манере. И пожалуй, с именно этого и стоит начать, чтобы все это закончить и окончательно прояснить ситуацию.
Кроме того, Найджелу очень не нравилось то, что оба любителя познакомить свой нож...(или все-таки не совсем свой?) с чужим сердцем были пойманы на месте преступления с кучей свидетелей. То есть по-другому их поймать, конечно, было бы трудновато, но не слишком ли это явно? Вот он я, видите - в руке нож, и я даже ударил им сейчас человека, люди добрые, берите меня тепленьким! Повесить на лоб табличку "Я - Кардиолог" и то было бы не столь очевидно. Не кроется ли и в этом какой-то подвох? Или подсказка? Скорее, подвох, который может стать подсказкой...при наличии определенной логической цепочки, которой как раз сейчас очень не хватало. Ну ничего, теперь есть недостающее звено, с помощью которого можно эту цепочку сплести. Ломман снова обратился взором и помыслами к Кристоферу Джонсу и одеялу.
- Есть во всем этом, мистер Джонс, многие моменты, которые мне бы хотелось прояснить. Давайте поговорим о том, что все убитые вами стали призраками. Мистер Харди, мисс Дэшвуд и мисс Грей. Я, наконец. И ваша сущность нам тоже ясна, не правда ли? Расскажите мне о связи этих двух обстоятельств, которую вы, несомненно, отрицать не будете.

+5

3

Зарывшись в ворох казенных одеял, Кристофер жалобно шмыгал носом и им же тыкался в стакан с горячим какао. В тюрьме Виспершира был не самый плохой сервис. За тысячелетия мытарства по земле Сариэль видал места и похуже. То, что он оказался в таком предосудительном (в буквальном смысле) положении виноват был только он. Ведь САМ доверил ему такое важное поручение! А Сариэль все провалил. В очередной раз. Теперь он обязан был понести наказание. И человеческая тюрьма была ничем, в сравнении с тем, что его ожидало по возвращении в райские чертоги. Кристофер зябко поежился при мысли о том, с каким сочувствием и всепрощением будет смотреть на него создатель всего сущего, если, конечно, он вообще удостоит его своим вниманием. Хуже гнева господня мысль о его разочаровании.
В комнату для допросов зашел, образно выражаясь, инспектор Ломман. Кристофер не совсем был уверен в том, стоит ли обращаться к призракам по их прежнему социальному статусу или они приобретают некое новое обращение. Вроде «недавно почивший», «свежезакопанный» или «только что преставившийся». Как и не был уверен он в том, что инспектор именно зашел в кабинет. Человеческим языковедам следовало разобраться с этой лингвистической проблемой, разработать новую терминологию, дабы не вводить обывателей в заблуждение.
- Итак, мистер Кристофер Джонс, вот мы с вами и встретились, да еще в такой исключительно приятной обстановке. Вы, конечно же, понимаете, о чем мы будем разговаривать и как именно.
Кристофер тяжело вздохнул. Уж конечно, он понимал, о чем именно пойдет сейчас речь. И эта беседа грозила перейти из обычного допроса к вопросам о вечном: о предназначении человечества на Земле, основам мироздания и о том, как глупо на этом попался Сариэль. И это действительно было глупо. И немного странно. Кристофер нахмурился, вспоминая прожитые годы. Он ни разу не развоплощался, даже полностью теряя контроль над собой. Он вообще не был уверен в том, что такое возможно. Сариэлю всегда казалось, что истинную сущность люди не могут увидеть, просто потому что такое не соответствует законам людского мира. Кристофер задумчиво ткнулся носом в уже подостывшее какао, недовольно фыркнул, коснувшись кончиком носа напитка, расплескав содержимое стаканчика на стол, спешно вытер краешком клетчатого пледа капли… и замер, пораженный страшной, совсем неутешительной мыслью. Орсон Мэйнард. Конечно, он в силу своего происхождения видел новую сущность Мэйнарда, но пробивающиеся над идеальной укладкой рога, явно были заметны не только ему, учитывая, как рьяно мистер Мэйнард их пытался скрыть. А значит, свою истинную форму принял не только Сариэль, хотя, безусловно, то, что он сопротивлялся выполнению своего предназначения, форсировало события и он проявил себя больше, нежели Орсон Мэйнард. Но это могло означать лишь… лишь ничего. Такого никогда не случалось ранее. Но от этого становилось еще страшнее. Неизвестность в равной степени пугает и людей, и ангелов, и демонов. Тем более, очевидно, что это какой-то замысел высших чинов, кто бы еще мог сотворить такое?
Кристофер поплотнее завернулся в одеяло, напуганный жуткими видениями своего ангельского будущего.
- Мистер инспектор Ломман, - Кристофер так и не решил, как именно он должен обращаться к призраку инспектора, -  я уверен, что у меня есть право хранить молчание, право на адвоката и право одного звонка. И прежде, чем я приступлю к разрушению вашего и без того уже пострадавшего представления о мире и сущем, я бы хотел воспользоваться правом на звонок и на почти что адвоката.
Сариэлю было жизненно необходимо позвонить Метатрону. Уж он-то точно знал, что происходит.

+5

4

Известие о том, что Витторио Аббъятти – Кардиолог, поразило Алистера, но весть о том, что также Кардиологом является ещё и мистер Джонс, выбила Глас Божий из колеи привычной жизни. Мало Метатрону было этих неприятностей, так ещё и коленный сустав начал музыкально похрустывать, что обычно происходило в преддверии Апокалипсиса. Профессор Кэрролл решительно не понимал, что происходит, и это ему не нравилось.
Всеми возможными способами ангел пытался связаться с вышестоящим начальством, но ответом ему была таинственная тишина. Замысел Его остался для Метатрона загадкой. И, конечно же, Кэрролл был вне себя от того, что во всю эту канитель Он решил втянуть ещё и Сариэля, у которого без того хватало проблем с самооценкой и неврозами.
Для исполняющего обязанности Бога нет ничего хуже неосведомлённости. Младшие крылатые братья обращались к Метатрону с вопросами, на которые тот не мог ответить. От ощущения собственного бессилия ангелу хотелось воссоединиться с огненным мечом и праведно порубить тут всё в капусту. Но это было бы равно признанию – «Да, у меня депрессия, проблемы на работе и я хочу об этом поговорить». Алистер держался и помогал ему в этом, как ни странно, Хаагенти. Демон наглядно демонстрировал, что лично для него в их тихой семейной жизни ничего не изменилось. Ну, подумаешь, мальчик-из-комода оказался серийным убийцей. Так это же круто! Кэрролл позволил себе целых тридцать три секунды не поддерживать оптимистическую позицию демона, но потом сдался и отправился штурмовать полицейский участок.
На пути ангела смерти к камере Джонса встал смекалистый Рид и столь вопиющий бюрократизм, что Алистер не смог устоять. Шеф городской полиции поставил перед профессором непосильную задачу – заполнить десятилетний запас бланков, прилагающихся к заявлению о свидании с арестованным. Кэрролл самозабвенно исписывал каллиграфическим почерком бумаги, пока Грэхем не утащил его домой вместе с ворохом макулатуры. Метатрон не был бы Величайшим Бюрократом Рая, если бы не устранил возникшее препятствие в кротчайшие сроки.
Явившись в участок второй раз, Алистер предоставил грузовик идеально заполненных бланков дежурному полицейскому, удостоверился, что мистера Рида сейчас нет на месте, проявил немного надменности, чуть угрозы и воссиял на оставшегося за старшего копа своей Благодатью. В результате официальная бумага с кучей подписей, печатей и гербом Виспершира, разрешающая профессору в любое время дня и ночи навещать Кристофера, оказалась в руках ангела.

Основательно подготовившись, Кэрролл шёл на свидание с Сариэлем и вёл с собой Хаагенти с комодом. С тем самым комодом, в котором так любил спать Кристофер. Наверняка Джонсу не помешает немного домашнего уюта. Сам же Метатрон нёс корзину с продуктами.
Когда торжественная процессия приблизилась к КПП, Кэрролл опасливо поинтересовался, на месте ли Рид, узнав, что шеф полиции на срочном задании, с небрежностью завоевателя продемонстрировал дежурному Грэхема, комод, корзину и верительную грамоту.
На подходе к камере Алистера, Генри и комод пытались несколько раз остановить и развернуть обратно, но Кэрролл пёр неумолимее танка, не обращая внимания на фразы типа: «Это же Кардиолог!», «Там ведётся допрос!», «Какого чёрта вы здесь де...». Последняя фраза оборвалась на самом интересном месте, поскольку активный оратор познакомился с подножкой Хаагенти и витиеватой резьбой комода.
― Добрый день, инспектор, ― тяжёлая дверь, ведущая в камеру, распахнулась с такой лёгкостью, будто её там и не было. За мгновение ангел осмотрел помещение, Джонса, оценил местный сервис, снабдивший опасного заключённого пледом и какао. ― Надеюсь, мы не помешали.
Конечно же, Алистер надеялся, что они помещали, ёщё как.
― Кристофер, мы привезли тебе комод. Наверняка спать на этой излишне открытой койке просто невыносимо. Я слышал, что ты тоже пал жертвой лихорадки, поэтому принёс ингредиенты для здорового обеда, ― корзина с продуктами опустилась на стол между инспектором и арестованным.
― Инспектор, нам нужна плита. Я уже три дня не завтракал оладушками Кристофера. Вы не представляете, каким раздражительным я без них становлюсь. Ещё нам с Генри не помешают стулья. И от чая я бы не отказался, как-то тут у вас сыро. Вы не поверите, но в коридоре я встретил таракана.
Не замолкая и не давая возможности Ломману вставить хоть слово, Кэрролл подошёл к укутанному в плед Джонсу, приложил ладонь ко лбу страшнейшего убийцы за всю историю Виспершира.
― Между прочим, Кристофер всё ещё болен. Инспектор, вы хотите, чтобы он умер до начала судебных слушаний? Или вы в достаточной степени осведомлены о происхождении недуга, обладаете информацией о методах его излечения? ― при желании ангел умел быть просто невыносимым.

+6

5

О том, как Грэхем и Кэрролл пробивались в полицейский участок, стоило писать легенды, саги, частушки и сказки. Особенно сказки, в них часто фигурировало троекратное повторение чего-либо до полного хэппи энда.
Генри трижды пришлось вынимать Алистера из петли. Ангел, конечно, переживал из-за своего подопечного, который оказался убийцей, но не настолько, чтоб вешаться. Просто один демон, пожелавший остаться неизвестным, пытался ставить силки у себя в квартире. С фиксирующе-сексуальными целями. Почему петля упорно затягивалась не на ноге, а на шее жертвы, оставалось загадкой. Наверное, всему виной излишне летящая походка объекта охоты.
После этого Метатрона приходилось кормить трижды в каждый приём пищи. В этом не таилось сакрального смысла, Алистер просто сильно волновался и много ел. Грэхем исправно поставлял еду, к тому же у него появился новый повод для регулярного общупывания интересных ангельских мест - нужно же контролировать, чтоб от жизни такой Кэрролл не растолстел и не обзавёлся целлюлитом. Прозаичное ожирение не пристало Гласу Божьему - а вдруг уволили бы. Хотя с точки зрения Ада, демон, приведший и.о. Бога к увольнению, был бы крут в шестьсот шестьдесят шестой степени.

В довершение всего в участок ходить тоже пришлось трижды.
Сначала Грэхем не сообразил, как облегчить себе жизнь, а потому тащил кристоферовский комод на своём горбу. Матерился, бурчал о крылатых подростках, что даже десяток человек не могут вырезать, не попавшись, о крылатых профессорах, что не снисходят до левитации багажа, о том, что грузчик должен быть пьяным - иначе теряется весь смысл. Но тащил. И каково же было его возмущение, когда их завернули обратно.
Во второй раз вышли из дома Алистер, Генри, комод на колёсиках (спонсоры изобретения: два скейта, верёвки и ломота в позвоночнике) и вся необходимая снедь. Снова развернули их прислужники Закона. Потому что был Закон злым властителем, не терпящим оппозиции.
В третий раз пришли наши герои в участок. Использовал Алистер волшебную бумагу - и отворились перед ними двери зловещего замка...
И хорошо, потому что Грэхем уже откровенно забодался.
Он уже был готов к тому, что после всех лишений и бесплодных попыток им скажут: "простите, друзья, но ваш Кардиолог в другом замке". В таком случае он призвал бы Нефритовый Жезл и всех отнефритил. Всё-таки привык быть активным партнёром в церебральном сексе. Но оказалось, что другого участка в Виспершире нет, а Кристофера не стали отсылать в какое-нибудь скучное зернохранилище или музей неестественной истории. Вот и славно.
- Нужно было воспользоваться моим планом, - говорил Хаагенти, аккуратно проезжаясь комодом по опрокинутому на пол стажёру, что пытался не проявить гостеприимство. - Я бы нарядился женщиной, соблазном и хитростью отвлёк бы полицейских, а ты тем временем пробрался бы к Кристоферу. Или, раз ты так сомневаешься в моих умениях (а ведь я, между прочим, мог бы даже сбрить щетину!), можно было бы переодеть в женщину Кристофера, тогда мы бы вывели его наружу, а потом уматывали от погони в красном кабриолете с откинутым верхом. Или мы могли бы провести день, трахаясь напропалую. Кристоферу это не особо помогло бы, но он за нас порадовался бы.
Перебор вариантов закончился только по той причине, что впереди замаячила дверь камеры. А жаль, Генри как раз перечислял немыслимое количество поз, которые можно было бы попробовать, чтобы порадовать Джонса. Констебль, следующий в тени комода и торопливо всё записывающий, уж точно посетовал на короткие коридоры.
- Джонси, привет, надеюсь, не помешали. Доброго посмертия, инспектор Ломман, как там ваше тело? Не-не, я без стула обойдусь, - преодолев всё пространство камеры, Грэхем поднял Сариэля вместе с пледом, чашкой и простудой, сел на его место и пристроил ангела у себя на коленях. Манёвр был проделан в режиме повышенной естественности и полной непосредственности.
- А что-что, Найджел, вас посадили в одну камеру с Крисом? Зимой всегда перенаселение в почти тёплых камерах, понимаю. А вас за что, собственно? Я какое-то время коллекционировал статьи, которые мне шили, по их номерам гадать можно и вычислять судьбу на будущий год.
Потискав Джонса в том смысле, что "не дёргайся, мелкий, оттого, что ты оказался серийным убийцей, ничего не изменилось" (да, у тисканий Грэхема было много смысловых оттенков), он пожевал тёмно-русую прядку и проникновенно изрёк:
- Ну ты удивил, конечно. Эти люди обижали тебя? Так им и надо! А ты молодец. Я, конечно, в своё время поболее людей на тот свет отправил - и более оригинальными методами, но всё равно горжусь тобой. Умничка. Хочешь конфетку?

+6

6

Ломман задумчиво пожевал нижнюю губу. Его всегда радовало, когда население Виспершира проявляло осведомленность относительно собственных прав и обязанностей, но он не помнил, чтобы включал в этот список еще и Кардиологов. Однако экземпляр Кардиолога, уткнувшийся носом в кружку с какао так, что хотелось сдать его в приют для обездоленных и побитых жизнью,  был очень хорошо осведомлен обо всем, что ему полагалось знать в подобных случаях, и шмыгал носом жалобно, но упрямо и настойчиво. И это несколько снижало процент его обездоленности и побитости. Поскольку Джонс исключил из списка названных прав право на молчание, Найджел здраво рассудил, что право на звонок придется предоставить. Ну и на почти что адвоката. Все равно это ему уже не поможет.
Только в тот момент, когда Ломман узрел компанию, явившуюся на помощь узнику Висперширской тюрьмы, он подумал о том, что стоило уточнить, что именно подразумевалось под "почти адвокатом". Ему самому никогда бы в голову не пришло, что этот оборот речи включает в себя Кэрролла, Грэхема, многолетний запас продуктов и комод. Однако, так оно и было. И бумаги, позволяющие им ворваться в святилище правосудия тоже были в полном порядке и корявая неохотная подпись Рида ершилась внизу листа злобными закорючками. Мда.
- Мистер Грэхем! профессор! - Ломман улыбнулся улыбкой аллигатора, у которого только что вырвали добычу из пасти, терпеливо пережидая бурный словесный поток Алистера и прищурился, разглядывая торчащие из корзины куриные ножки. Кажется, это надолго.
- Ну, во-первых, милости просим. Чувствуйте себя как дома, располагайтесь, - инспектор выжидающе поглядел на Алистера, уверился в том, что Кэрролл высказал все, что наболело в разлуке с Кристофером и продолжил - может, для пущего уюта распорядиться принести и вам плед? Две кружки какао и носовой платок в комплекте. Во-вторых, вы удивитесь, но по нашей статистике еще ни один Кардиолог не умирал от легкой простуды ни до начала судебных слушаний, ни даже после. Судя по вашему тону, вы вполне компетентны в лечении малиной и ромашковым чаем, а потому позволяю вам заняться этим. Строго в свободное от допросов время. Если же вы не считаете себя способным на это, прошу принять к сведению, что висперширская полиция сотрудничает с госпиталем и мы в любое время можем попросить скорой медицинской помощи при первой же необходимости. Полагаю, что я ответил на ваш вопрос исчерпывающим образом. - Ломман убрал со стола корзину с продуктами, нарушающую зрительный контакт с преступником и с неудовольствием воззрился на Грэхема. Генри был еще одним камнем преткновения на пути установления истины, потому что обнимал Кардиолога всеми конечностями так, словно позировал для картины "Мать и дитя". Учитывая свершенное Джонсом и собственную его ипостась, он вполне мог бы ею быть. Созерцая почти семейные объятия, Найджел записал в мысленную книжечку заметку "заказать для следующего раза табличку "Кардиологов конфетами не кормить!".
- Мистер Грэхем, я настоятельно прошу вас пересесть на принесенный ... - Найджел проводил взглядом стажера, явившегося с двумя стульями, который выглядел так, словно по нему минуту назад проехался комод. Стоп. Хотя почему "как"? - ...принесенный стул. - закончил он фразу, прикидывая в уме, сколько еще ущерба мог нанести веселый кондитер, явившийся поддержать увязшего во грехах Джонса. Ломман не удивился бы, если по окончании допроса открыл дверь и увидел обломки того, что некогда являлось оплотом правопорядка в Виспершире. - Вы срываете дисциплину на следственном действии, и если продолжите это делать, я буду вынужден попросить вас покинуть помещение. Одного. Без Кристофера Джонса и без комода. - Инспектор внутренне содрогнулся при мысли о том, сколько ущерба может нанести кочующий  обратно комод.-  Кэрролла можете забрать с собой. А теперь попрошу вас собраться с мыслями и отвлечься на пересчитывание носков в комоде и какао, а мы с мистером Джонсом пока поболтаем.
- Итак, мистер Джонс. Почти адвокаты по вашему же звонку здесь. Давайте теперь поговорим о вещах менее приятных, но более необходимых. Поведайте мне наконец о взаимосвязи упомянутых мною ранее обстоятельств. Вы не отрицаете, что убийства и проявление сущностей после смерти отнюдь не совпадения. Как они связаны между собой? - Ломман задумчиво перелистал папку. - То, что все они стали призраками...это ведь не причина для убийства и не цель, но только последствие? насколько оно было непреднамеренным, если так? вы ведь знали, что так и будет, верно?

+6

7

- Я не знал, что они станут призраками! – в запале возмущения от как всегда бесцеремонного Генри, Кристофер похоже сознался в убийствах без суда и следствия.
Не то чтобы у ангела был выбор, его взяли с поличным, когда он пытался убить не просто какого-нибудь мирного и положительного горожанина, но служителя порядка и закона. Наверняка, его душа бы засчиталась за две в райских чертогах. И все же, так быстро сдаваться он не собирался, но Грэхэм все испортил. Вечно от этих демонов были одни проблемы.
Но если говорить начистоту, Кристофер был чрезвычайно рад видеть Алистера, комод, корзинку со снедью и даже пресловутого Хаагенти. Помимо того, что тюремное заключение стало тут же в несколько раз уютнее, так он еще всегда прибегнуть к помощи Метатрона. Или на крайний случай прильнуть к широкой и всегда готовой поддержать груди Хаагенти.
- Я хочу сказать, - Сариэль предпринял несколько безуспешных попыток выпутаться из дьявольских силков, от чего лишь раскраснелся и слегка запыхался, - я хочу сказать, мистер-призрак-инспектор Ломман, что даже я не мог знать, что кто-то может стать призраком. А вы лезете в ту область знаний, которая не подвластна человеческому, пусть и призрачному уму. Эта информация раздавит вас!
Сариэль недовольно отметил, что говорит как полоумный пророк. Ему оставалось лишь встать на услужливо принесенный стул и вещать с него о том, что конец света близок и грешники должны покаяться. Кристофер предпринял еще пару попыток избавиться от Грэхэма, но похоже, что у того на руках были присоски, как у осьминогов или самых страшных монстров из его комодных кошмаров. В этот раз, во всяком случае, ему удалось ухватить термос с травяным чаем.
- Алистер, - Кристофер вперился своим щенячьим взглядом в Кэролла. – Я не знаю, что мне делать. ОН меня ненавидит. Пусть ОН всех любит, но меня ОН ненавидит. – Сариэль жалобно шмыгнул носом, уткнувшись в кружку-крышку от термоса с травяным чаем. – Я не хотел этого делать! То есть, я… - шмыганье носом усилилось и начало угрожать незапланированной истерикой, - я просто старался, я хотел сделать все правильно, я…
Истерика все же случилась. Неразборчиво произнеся нечто среднее между «я не хотел убивать» и «яги в отеле бывать», Кристофер уткнулся в Грэхэма и зарыдал.
Для Сариэля жизнь в Виспершире давалась нелегко. Он действительно не хотел никого убивать. Он был добрым и милым, он всегда помогал людям обрести веру в себя, направить их на правильный путь, отвести их от Ада. За всю свою жизнь он не обидел ни одно существо, но в Виспершире все резко изменилось. И он не мог объяснить свои мучения иначе, нежели ненависть со стороны Создателя. Вот после таких мыслей хорошие ангелы и попадают в Ад. Расстроившись от этого еще больше, Кристофер все-таки умудрился выбраться из объятий демона, залез в комод и со слегка неразборчивыми словами «просто сожгите меня вместе с ним», закрылся изнутри, продолжив там рыдать навзрыд.

+5

8

Камера, в которую поместили Кристофера, при ближайшем рассмотрении вызвала у профессора некоторые положительные эмоции. Был во всей этой каменной кладке и кованных решётках некий средневековый романтизм. Кэрролл мечтательно вздохнул, на мгновение погрузившись в ностальгические воспоминания о тех временах, когда во имя Господа кровь лилась реками, инквизициях каждые выходные устраивала барбекю, а головы королей гильотинировали с завидной частотой.
В ожидании запрошенного предмета мебели Алистер выхаживал по помещению, слишком тесному для трёх наблюдателей, одного призрака и одного комода. В итоге самым естественным образом заняв место позади Грэхема, державшего на коленях Джонса, ангел замер, ясно прочувствовав всю правильность занимаемой им позиции.
― Генри, конечно же, в убийстве людей не может быть ничего хорошего. Я изучал личности все жертв Сариэля, они были крайне приятными людьми и наш гостеприимный инспектор тому наглядное подтверждение, ― Кэрролл укоризненным взглядом просверлил взъерошенную макушку Хаагенти. ― Я это к тому говорю, что у Кристофера наверняка имелись более веские причины для убийства, нежели месть. Всё же не забывай, что мы с тобой работаем на разные ведомства.
Не смотря на то, что никто не поставил Метатрона в известность о том, что за гениальный план родился в райских чертогах, он как никто другой мог воспроизвести ход мыслей Создателя и хоть немного приблизиться к сути вопроса.
― Да, Найджел, плед и какао я принял бы с превеликим удовольствием, ― так и не научившийся распознавать сарказм, порой Алистер ставил окружающих в неловкое положение.
Когда в поле зрения профессора попали стул и стажёр, в камере началось великое перемещение. Посредством стажёра, таскавшего стул, Кэрролл искал то самое идеальное место, в котором смог бы феншуйненько устроиться. Пришлось слегка потеснить инспектора, но Глас Божий всё же нашёл средоточие энергетических потоков, где и поспешил обустроиться со всем возможным комфортом.
Наверняка, если бы Кристофер сидел именно в этом месте, с ним бы не случилось той эмоциональной вспышки, свидетелями которой стали ангел, демон, призрак и комод. Метатрону следовало оказаться рядом с расстроенным Сариэлем, по-отечески возложить всепрощающую длань на его опущенную голову, но слишком уж кошерное воздействие на усталость мышц шеи оказывали энергетические потоки и лёгкий сквозняк.
― Генри, обними Кристофера и погладь его по голове, будь так любезен, ― Кэрролл вытянул длинные ноги, устроившись поудобнее.
― Кристофер, порой даже я нахожу в Его действиях мало смысла, но он всё же есть. Он вовсе тебя не ненавидит, доверил миссию, о которой даже мне не было ничего неизвестно. Если бы не моё собственное расследование, я бы сейчас вместе с инспектором Ломманом удивлялся подобному неожиданному исходу. Ты следовал Его воле. Нам часто приходится делать такие вещи, значения которых мы не понимаем, не можем уловить всей их важности в перспективе, зацикливаемся на незначительных деталях.
Проникновенную лекцию Метатрона о Смысле Жизни прервал звук захлопнувшегося ящика комода.
― Вот видите, инспектор, к сему привели ваши вопросы. Вы ведь видите, в каком мистер Джонс состоянии, неужели нельзя работать более тонко, менее травматично для его и без того расшатанной нервной системы.
Кэрроллу всё же пришлось покинуть зону комфорта. Профессор подошёл ко вздрагивающему от рыданий комоду, ласково погладил по деревянной крышке.
― Ну-ну, Кристофер, ты всё сделал правильно, никто на тебя не сердится. Даже инспектор не в обиде за собственное убийство, он уже успел оценить преимущества призрачного существования, ― Метатрон грозно посмотрел в сторону Найджела, ожидая устного подтверждения его словам.

+6

9

В полицейском участке явно были рады Грэхему. Радостными он по умолчанию считал всех, кто не бросался на него с вилами. Инспектор Ломман так вообще демонстрировал бездны гостеприимства. В них можно было падать вечно, гадая, что же ждёт на дне.
- А если я не люблю какао, можно мне виски? От коньяка тоже не откажусь, - высказал Хаагенти свои скромные пожелания, раз уж случилась такая возможность. И покрепче облапил Кристофера, который, стоило взять его на руки, сразу ожил. Вот что значит контакт с близкими людьми, откуда только силы взялись.
Увлёкшись сеансом обнимательного многоборья и ощупыванием Джонса за румянец, где бы тот ни был обнаружен, Грэхем слегка позабыл, что идёт допрос. Какое тут расследование, когда ангельски мягкая задница елозит по коленям и вот-вот грозит грянуть об пол. Сариэль всегда был склонен к падению, но сейчас оказался буквально на грани. Благо, хорошая реакция и загребущие инстинкты Генри оказались сильней.
Инспектор Ломман попросил его пересесть. Странная просьба, её скорее стоило ожидать от Алистера. Тот вечно был озабочен какими-то энергетическими потоками и магнитными центрами, с него сталось бы попросить пересесть на стену, встать в угол или сменить стул. Но так как просил об этом цельный инспектор полиции, к тому же так импозантно просвечивающий, лучше было подчиниться.
Не выпуская Кристофера, Грэхем встал, прошёл к указанному стулу и опустился на него. Глянул на инспектора в значении "так лучше?" и продолжил лапать плед и уютное подпледье.
Возможно, алистерова теория насчёт энергетических завихрений и невидимых Гольфстримов всё-таки имела право на существование. Потому что на новом месте Кристофер тут же разрыдался.
- Ну-ну, тише, пернатик, тише, - исполняя заказ от и.о.бога, Грэхем обнял плачущего Джонса и потрепал по мягким волосам. По спине он погладил по собственной инициативе, трогательно выступающий позвоночник явно нуждался в порции ласки. - Он тебя не ненавидит, а наверняка любит. Помнишь, ты как-то зашёл в спальню, а я там охаживал ремнём мисс Сундберг, заставлял её ползать по полу на четвереньках и вылизывать ремень. И мы оба знали, что я её не ненавижу. И она меня не ненавидела. Подумай об этом. Если хочешь, я снова приглашу её, может, на конкретном примере тебе будет проще осознать.
Утешения не особенно помогли. Либо помогли, но Джонсу захотелось подумать об алых следах на ягодицах мисс Сундберг в темноте и одиночестве. Его можно было понять. Всё-таки подростки остаются подростками, какие бы светящиеся круговые лампы не маячили у них над головами.
С видом "я сделал всё, что мог", Грэхем развалился на стуле, поправляя сползающий плед, ещё хранящий форму гнезда для очень печального ангела.
- Это всё ценности вашего ведомства, Алистер. Будь он демоном, он не страдал бы так только из-за того, что пришлось кого-то там убивать. Наш взгляд на мир проще и естественней. А вы как считаете, мистер Ломман? Вы ведь уже наверняка допрашивали Витторио? Готов спорить на что угодно, он ничуть не мучается, пусть его список жертв гораздо длинней и пестрит именами постояльцев "Головы принцессы" и просто приятелями Витторио. Демоном быть легко и приятно.

+5


Вы здесь » Задверье » завершённые квесты; » квест 6.6. список вопросов смерти, убийств и всего такого


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC