Задверье

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Задверье » шляпа специалиста и прочие жизненные истории; » «Я задержу их, ничего!»


«Я задержу их, ничего!»

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

Кинокомпания «Порномаунт Пикчерз» совместно со студией «Откатфильм» не представляет, как сей шедевр стал достоянием общественности. Но тем не менее.

Фильм снят нашим уборщиком на одноразовую мыльницу. (Понятия не имеем, как у него это получилось.) Озвучен им же. Монтаж и спецэффекты — ага, щаз! За сценарий благодарим генератор рандомных текстов.
Все события и персонажи реальны. А вы думали, никто не узнает?

***

С ц е н а  п е р в а я. Долгий панорамный проезд камеры. На экране, сменяя друг друга, медленно проползают декорации: полицейский участок, автомобильная стоянка, пыльная обочина шоссе. Над стоянкой кружится воронье. Звучит нагнетающая мелодия.

Голос за кадром: Входит Ричард. Он с работы. Его мучает зевота. На дежурстве он устал, недоел и недоспал. И по кочкам — прыг да скок, поскорей жене под бок хочет Ричард наш попасть. Но случилась с ним напасть...

(Зритель видит, как из кустов на Ричарда выскакивает и виснет у него на руке женщина смертельно прекрасной наружности. Женщиной оказывается мисс Беккет.)

Розмари: Ричард! Стойте! Купите гроб!

Ричард: Я ещё не умер.

Розмари: Все так говорят. А Вы купите гроб!

(Камера показывает пустынную дорогу, по которой, игнорируя ПДД и наматывая на колёса встречных ёжиков, несётся чёрный тонированный «Додж». Автомобиль резко тормозит возле героев, из салона высовываются чьи-то волосатые руки и хватают мисс Беккетт. Оставляя за собой чёткий след из бензиновых клякс, «Додж» скрывается с места преступления.)

Ричард: Ах, какое злодеяние! Средь бела дня! Второй-второй, я первый, преследую злоумышленников. Преступники, возможно, вооружены, опасны и, судя по выбору жертвы, невменяемы. Если я не вернусь, передайте моей жене, пусть не разогревает ужин.

(Садится в машину и бросается в погоню.)

С ц е н а  в т о р а я. Секретное собрание клуба анонимных танатофилов. Действие, для пущего драматизму, перенесено на окраину города. Грязный, мрачный, заброшенный склад с голыми бетонными стенами, разные зловещие приблуды эстетично расставлены по углам. Намечается что-то ужасное. Пока намечается, предусмотрительно привязанная к стулу мисс Беккет, пользуясь моментом, пытается наладить дружеский контакт со своими похитителями.

Розмари: Мерзавцы! Негодяи, подонки! Я вас живьём в землю зарою! И скидку не сделаю.

Голос за кадром: Дама, в общем, негодует. Но кого это волнует? Умыкнуть её — не труд; только нрав уж больно крут. В круг злодеи собирались, долго-долго совещались: кто-то пытки предлагал, кто-то требовал финал — порешить мадам, и баста. Чу! Раздался визг колёс. Чёрт к ним Ричарда принёс. Наш герой вспотел немного (дальняя была дорога), но по-прежнему он крут и устроит всем капут. Чем всё это завершится? Врать не буду — я не знаю, потому и не болтаю. Ты же, зритель, погоди: сказка будет впереди...

+4

2

Утро началось прекрасно. Розмари вскочила ранней пташкой, захватила приготовленные накануне печенюшки-черепушки, выпрыгнула в окно и отправилась на работу, стараясь успеть добраться до оставленного альбома с эскизами и зарисовать дизайны, пришедшие во сне, до того, как детали выветрятся из головы. Гробы снились мисс Бэкет довольно редко, но если случалась такая радость, то это получались лучшие образцы, созданные её рукой. Да чего там её, это были лучшие экземпляры в принципе. Метод Менделёного срабатывал безотказно.
Весь день Роззи работала не покладая рук: чертила, измеряла, пила чай, прикидывала, рисовала, строила. Успела поработать с клиентом и пойти договориться о месте погребения с родственниками другого клиента, привести санитаров, чтобы они выкопали очередную погребальную норку. Всё, казалось бы, было хорошо, но вдруг… Вдруг Розмари поругалась с мальчиками.
Впервые за многие годы совместной работы они повели себя не по-джентельменски. Те самые санитары, работавшие в больнице напротив, которых Роззи всегда просила выкопать яму под гроб за чай, конфеты и большое спасибо. Видимо, разноцветные туфельки обладали некоторой гипнотической силой, потому что мальчики всегда соглашались, если не с видимым удовольствием, то точно без претензий и препирательств. Хотя, возможно, они просто не хотели навлечь гнев декоратора и оказаться погребёнными в гробу, составленным из обувных коробок. Но чаёвничали они точно с радостью, правда, скромно принося своё угощение, чтобы не разорять принимающую их Розмари.
А теперь мальчики стояли, набычившись и глядя исподлобья, заподозрив, что всё это время Роззи хотела их убить. Видите ли, один из санитаров больницы вчера решил попробовать пирог мисс Бэкет, из-за чего отравился и сегодня не вышел на работу, боясь, что внутренности не перенесут подобной встряски, и всё-таки решат покинуть насиженную брюшную полость. Они и так ходили ходуном и угрожали самоубийством.
Мисс Бэкет, конечно же, смертельно оскорбилась. Между прочим, Найджелу нравятся её кулинарные шедевры, а это разве не показатель? И сама Роззи ест собственную еду и, как можно заметить, совершенно великолепно себя чувствует. А если нормальным людям пироги не причиняют никакого вреда, значит, что-то не в порядке с самим санитаром.
Выслушав такой монолог, мальчики поскрипели зубами, поиграли желваками, зло повращали глазами, а потом повертели пальцами у висков и ушли.
И как это понимать? Теперь Розмари придётся самой ковыряться лопатой в земле? Но она же работник искусства, а не какой-то там землекоп.
Решив, что на сегодня с неё хватит и что она не может оставаться на рабочем месте, женщина захлопнула дверь в похоронный дом и направилась в сторону дома, думая, как помириться с мальчиками. Признавать, что это она была виновата в том, что санитар стал заложником унитаза, Роззи не собиралась, но и ходить обиженными друг на друга – не дело.

Улица была пустынна. Взгляд Розмари скользил по статичной картине Висперширских пейзажей и вдруг зацепился за единственную подвижную фигуру. Кажется, Бэкет уже где-то видела эту спину. Прибавив шагу, женщина приблизилась к человеку - так это же начальник полиции.
- Мистер Рид! Мистер Рид, подождите, - женщина уверенно преодолела разделяющее их расстояние.
- Мистер Рид, у меня к вам серьёзное дело.
Что может помочь поднять настроение? Конечно же, работа с интересным клиентом.
- Вы занимаете такую высокую и опасную должность, а до сих пор не позаботились о последнем пристанище. Так нельзя. Но я помогу вам с выбором, от меня ещё никто не уходил. Недовольным.
Видя, что в глазах потенциального клиента заплескалось тоскливое желание смыться, возникающее у большинства людей, разговаривающих с ней, Розмари цепко схватилась за рукав Ричарда.
- Давайте поговорим. Прямо сейчас, иначе у вас будут появляться дела в самый неподходящий момент, и вы так и не выберете себе гроб.

+4

3

С самого утра зловещие предзнаменования преследовали Ричарда буквально по пятам. Цепь с первого взгляда никак не связанных друг с другом событий, как то: семь чёрных кошек, с равновременным промежутком в шестьсот шестьдесят шесть секунд перебежавших Риду дорогу в разных местах; Блэйк, непрестанно просыпавший на стол начальника то соль, то перец, то порошок для снятия отпечатков пальцев; Коралайн, за каким-то чёртом разгуливавшая по всему управлению с открытым зонтиком; зеркала, покрывавшиеся сетью трещин, стоило Ричарду только приблизиться к ним или хотя бы взглянуть в их сторону — всё это сулило ничего не подозревающему копу семь раз по семь лет несчастий, стихийных бедствий и хроническое невезение даже при посещении сортира.
Будь начальник полиции человеком суеверным, подконтрольным аффективным порывам, он убрался бы домой ещё до обеда, сославшись на то, что подхватил от одного из заключённых вирус какой-нибудь редкой болезни, вроде бородавчатого лишая или подмышечной ветрянки. Или на то, что дома у любимой супруги закончились дрожжи для оладушек, она почти на грани самоубийства, развода и посткулинарной депрессии. В конце концов, можно было прострелить себе колено. По сравнению с тем, что Ричарду уготовил вечер, несколько грамм свинца в коленной чашечке виделись сущим пустяком.
Но увы: даром предвиденья Рид от природы был обделён в той же мере, что и всё остальное население земного шара. Потому он терпеливо смахивал соль со стола, пинал кошек, плевал в зеркала, курил под лестницами, орал на Коралайн за то, что та притащила в управление зонтик, хотя на улице стояла тридцатиградусная жара; в общем, полностью отдавался рабочему процессу, ни на секунду не задумавшись о том, чтобы поддаться преступному желанию покинуть свой нежно оберегаемый пост.

Под конец дня Ричард был совершенно вымотан. Солнце едва коснулось своим румяным боком линии горизонта, когда он, зевая, брёл по стоянке в направлении припаркованного автомобиля. И тут кто-то окликнул мужчину по имени — громко, чётко и без должного пиетета в голосе. Степенная походка Рида сменилась нервной рысцой. Он узнал и голос, и его обладательницу. Самое время звать на помощь. Но впереди, сзади, с боков, всюду взгляду представала идеально пустынная панорама. Никого, кто бы, проявив несвойственные этому циничному веку отвагу и героизм, повалил Розмари на землю с возгласом: «Спасайтесь, мистер Рид! Я её задержу!». И даже толп бесцельно слоняющихся гражданских, кои могли бы послужить хорошим прикрытием пустившемуся в бега копу, сегодня, как назло, тоже рядом не оказалось. Впрочем, широкая спина начальника полиции, табачное амбре и за милю детектируемый агрессивный шовинизм не смогли бы затеряться даже в очереди за рождественскими подарками.
Цепкие пальцы сомкнулись на сгибе локтя. У Ричарда зачесалось переносье. Разговоры о гробах, похоронах и прочих кладбищенских сюжетах, особенно в исполнении Розмари, всегда вызывали у него приступы острой аллергии. Мужчина хотел чихнуть, но вместо этого только вздохнул. Глубоко, всей грудью, как будто собрался нырять в ледяную прорубь. К счастью, оба уже дошли до машины Рида, поэтому начальник полиции по доброте душевной, али по усталости опустил все созревшие в его голове ругательства, проклятия и на ходу сымпровизированную эпитафию в адрес надоедливой спутницы.
— Вы абсолютно правы, мисс Беккетт, — стряхнув с себя женскую руку, ядовитым тоном отозвался Ричард, гремя, как пустынная гадюка, связкой ключей, — моя должность настолько опасна, что, может статься, гроб мне вообще не понадобится. Но перед тем, как какой-нибудь безумный психопат верхом на угнанном бульдозере попытается раскатать моё тело тонким слоем по асфальту, я обязательно вручу ему Вашу визитку.

На этой благодушной ноте следовало распрощаться. Порыв ветра донёс шуршание шин и мерный гул мотора. Ричард задумчиво постучал костяшками пальцев по крыше любимого «Мустанга», глядя на дорогу, по которой, вздымая клубы пыли, нёсся на недопустимо высокой скорости чей-то чёрный «Додж». Мужчина так и не сумел понять, что его насторожило больше: лихачество водителя, явно торопившегося стать почётным клиентом похоронного бюро, заняв собой сразу пять разных гробов, или странные номера авто. «Месть, смерть и преисподняя!» — гласила ржавая от пыли табличка под бампером «Доджа». Рид уставился на неё во все глаза, когда машина, сделав крутой вираж, резко затормозила и остановилась в нескольких сантиметрах от носков его туфель.
Распахнулась дверь салона, послышался сочный матерок. Розмари и многочисленные складки её траурного наряда исчезли внутри авто раньше, чем Ричард успел сказать: «Приехали». Раньше, чем он успел выхватить свой трофейный кольт, прошедший вместе с ним огонь, воду и ежегодную инвентаризацию — а ведь никто на всём Диком За... то есть, во всём Виспершире не умел так быстро расчехлять оружие, как это делал Рид. «Додж» резво сорвался с места. Не мешкая, Ричард прыгнул в свой автомобиль. Призревая усталость, иррациональную неприязнь к Розмари и почти человеческое сочувствие — к её похитителям, он на всех парах нёсся следом. Головокружительная погоня непременно закончилась бы у ближайшего фонарного столба — ездил Ричард так же быстро, как стрелял, — но железный конь не вовремя решил продемонстрировать капризный норов и заглох аккурат через двести метров от стоянки. Начальник полиции рвал и метал, в то время как автомобиль похитителей, нахально поблёскивая полированными боками в лучах заходящего солнца, продолжал свой путь, пока не превратился в маленькую черную точку и окончательно не скрылся из виду.

Отредактировано Richard Reid (20.12.13 10:02:46)

+2

4

Розмари привыкла к подобному обращению. Женщина лишь вздохнула, порадовавшись, что мистер Рид не стал угрожать тем, что вызовет полицию или убьёт Бэкет сам. Ещё один плюс работы с представителем закона, причём занимающего высокий пост - ему незачем угрожать подобным образом. К тому же, Ричард всего лишь шипел, а не орал. А это хорошо. Роззи очень не любила, когда орали, обычно у неё на рабочем месте было тихо, а к тишине быстро привыкаешь.
- Было бы очень мило с Вашей стороны. Но всё же, может, Вы пожалеете… - Роззи посмотрела на пальцы главы полицейского участка, ища кольцо, чтобы выбрать, кого он должен пожалеть – семью или друзей. - …пожалеете свою жену? Когда Вы умрёте, она наверняка расстроится, а значит, ей будет не до выбора гроба, надгробия, места захоронения, венков и лент. Можно ещё сшить для неё эксклюзивное траурное платье. О, а может, мы подберём гроб и ей? Подарите на ближайший праздник. Особенно подобный подарок будет актуален, если она умрёт раньше Вас. Чем быстрее мы всё сделаем, тем лучше. Вам же будет спокойнее.
Розмари искренне хотела помочь. Никаких намёков на издевательство не было и в помине (Роззи всегда нравилась эта фраза), но, к сожалению, в большинстве случаев, женщину не понимали, не принимали всерьёз, а иногда и вовсе решали, что она хочет зла или элементарной наживы на чужом горе. Мисс Бэкет расстраивалась, потому что она работала за идею, ради искусства и на благо человечеству, мечтая лишь о постройке крематория, чтобы предлагать более широкий спектр услуг и удовлетворять самые разнообразные потребности своих клиентов.

Ожидая реакции мистера Рида, Роззи не обратила никакого внимания на автомобиль, подлетевший откуда-то сбоку.
А дальше всё происходило очень быстро: раздался визг шин, открылась дверца, на голову Бэкет накинули пыльный мешок, отчего Роззи чихнула пару раз, потом женщину перехватили и втащили внутрь машины, даже не следя за аккуратностью транспортировки, из-за чего Розмари хорошенько приложилась затылком, щёлкнула зубами и больно прикусила язык. Именно этот факт позволил похитителям завести мотор, начать движение и проехать по улице Виспершира целых три минуты в тишине и спокойствии.
Пока декоратор хранила гробовое молчание, она успела проанализировать ситуацию. Очевидно, что её украли. Преступников было как минимум трое: один подпирал Роззи справа, другой слева и, разумеется, должен быть ещё водитель.
Дышать в мешке на голове было довольно проблематично, поэтому Бэкет подумала, что нарушит неписанные правила поведения жертв киднеппинга, и стянула с головы тяжёлую материю – связать ей руки почему-то никто не додумался. Зря.
- Ты чё делаешь? – удивился один из похитителей, вытаращив на женщину глаза. Даже шофёр, глянув в зеркало заднего вида, чуть не выпустил руль из рук.
Розмари сурово помотала ногой, одарив всех тяжёлым, как мешковина, взглядом и ледяным молчанием. Язык ещё болел. После чего она перегнулась через похитителя, сидевшего слева, покрутила ручку, открывающую окно, и выбросила мешок на улицу.
- Ты чё делаешь?! – демонстрируя увеличившийся градус удивления, переходящего в ошарашенность, спросил второй похититель.
- Она выкинула мешок, как ей теперь глаза закрыть? – это было сказано уже водителю.
Автомобиль остановился. Правый амбал схватил Розмари за воротник, когда та собралась выйти следом за выбравшимся из машины левым.
- Слышь, - послышалось снаружи. – Она мешком в лужу попала. Теперь точно не наденешь.
- В багажник, - коротко приказал водитель.
Розмари задёргалась было, но её уже вытащили на улицу. Недолго думая, мисс Бэкет аккуратно и точно наступила шпилькой красной туфельки на ногу своего охранника и для верности подпрыгнула пару раз, вызвав у того бурю непередаваемых эмоций и сшибающий вихрь мата.
- Сууука, - жалобно заключил он, толстой цаплей балансируя на здоровой ноге. Затем попробовал запихнуть Роззи в багажник, уже жалея, что ввязался в эту казавшуюся элементарной операцию.
Вы когда-нибудь пробовали засунуть в багажник человека, у которого не связаны ни руки, ни ноги? Тем более, когда сами стоите на одной ноге? И не пробуйте, ничего хорошего у вас точно не выйдет.
На помощь раненому пришёл второй похититель, и кое-как они всё же захлопнули багажник с Розмари внутри, получив каблуком в лоб, локтём в пах и укусы по всей площади рук. В результате у них осталась трофейная туфелька, которую они, не сговариваясь, решили оставить здесь же на асфальте.
С облегчением загрузившись обратно в машину, похитители решили, что теперь-то точно спокойно доедут до места назначения. Но через некоторое время им снова пришлось остановиться из-за странных стуков, доносившихся откуда-то сзади. Розмари с упорством дятла долбила оставшейся у неё зелёной туфелькой по замку багажника. К сожалению, преступники так быстро открыли багажник, отобрали туфельку и закрыли обратно, что женщина даже не успела оказать достойное сопротивление.

Машина ехала. Похитители наслаждались мгновениями тишины. Розмари злилась.
Бэкет совсем не удивилась, когда её схватили, она не умела удивляться. Может, это один из родственников-друзей клиента таки решил отомстить за «невозможное общение с этой бесчувственной чёрной курицей, которая думает только о том, как поскорее засунуть в гроб ещё живого человека», кто знает? Да и важно ли? Но вот то, что её любимые туфли остались где-то на дороге, бесило. Хотя, небольшой плюс в этом всё же был: «Может, полицейские найдут мои туфли и поймут, куда ехать?»
Наконец, когда Розмари уже начало укачивать, автомобиль остановился, багажник вновь открылся, женщину перекинули через плечо и понесли в какое-то странное здание, обидно не обращая внимания на дробь слабых ударов кулачками по спине.

+2

5

"Беги-беги, пока я не вижу, прячься-прячься, но я узнаю-знаю..." — издевательски надрывалось радио в салоне. Ричард тем временем стоял снаружи и гипнтозировал потёкший карбюратор. Могучая мощь Ридова взгляда поднимала мёртвых, умерщвляла живых, заставляла безногих за три секунды овладевать мастерством хождения на руках, дабы иметь возможность убраться из зоны убийственного зрительного контакта; но сколько начальник полиции ни старался и ни пыжился, карбюратор не проникся его актёрской игрой, не раскаялся в своём отвратительном поведении и не взмолил о прощении, разбрызгивая в стороны бензиновые слёзы. «Мустанг» заглох прочно. 
"...всех вас, узнаю и найду-у-у!"
Ричард от души пнул пробегавшего мимо суслика. На автомобиль у него нога не поднималась. Всё-таки с «Мустангом» они вместе дольше, чем Рид состоит в браке, а это чего-нибудь да стоит. Что ж, даже самые долговременные и прочные союзы иногда дают трещину. Оставалось покориться указующему персту Судьбы и продолжить погоню пешком. Желательно, прогулочным шагом. Бежать не позволяли жара, почтенные года и чувство самоуважения.

Мужчина двинулся по шоссе, на ходу считая маслянистые радужные пятна, оставленные «Доджем». Ричард был очень суровым ребёнком: детство он провёл на улице, забавляясь поколачиванием окрестных хулиганов, сказок не читал и не знал историю про Полушку и Принца. Но когда посреди тридцать второй по счёту кляксы обнаружилась маленькая элегантная туфелька, у Рида не осталось сомнений, что он на верном пути. Кто ещё может носить зелёные туфли в сезон, когда модно оранжевое? Только та, чьим клиентам уже всё равно, как выглядит гардероб провожающего их в последний путь.
Воспользовавшись вынужденной остановкой, Рид приступил к разработке дальнейшего плана действий, попытавшись представить, что предпринял бы на его месте любой другой полицейский. Найджел наверняка бы предложил сделать перерыв на кофе. Блэйк уже развил теорию о кладбищенской мафии, объявил план-перехват, поставив на уши полгорода, по-профански бы опростоволосился и ушел в очередной запой. Коралайн отправилась на поиски ближайшего обувного магазина, купить другую туфлю в пару осиротевшей бедняжке. В который раз убедившись, что его подчинённые полные идиоты, Ричард спрятал находку за пазуху и пошёл дальше. 

— Пломбир «Лижи и глотай»! Фруктовый лёд из натуральных концентратов! Только сегодня семидесятипроцентная скидка на весь ассортимент счастливым обладателям ангины и бронхита! — послышалось сбоку. Оглядевшись, полицейский приметил неподалёку фургончик мороженщика. Кислотно-розовая палитра манила перспективами желудочного несварения и гипергликемической комы.
— Фейхуовое эскимо! На вкус такое же, как на слух! Не проходите мимо! — высунувшийся по пояс из окна фургона продавец едва не клюнул Ричарда в макушку прыщавым шнобелем. И тут же спешно скрылся обратно, поняв, кто перед ним. — Простите, мистер Рид. Я Вас не узнал. Могу чем-нибудь помочь?

«Ничего. Зато какая маскировка», — успокаивал себя начальник полиции, выруливая фургон на дорогу. — «Никто ни за что не догадается, что я преследую опасных преступников. Пончик Всемогущий, какой позор».

На три фисташковых рожка оскудели сладкие запасы морозильника к тому времени, как Рид припарковался возле обшарпанного склада в нескольких милях от города. След из пятен оборвался там, где ему и полагалось — у багажника «Доджа». Багажник был открыт. На миг в сердце Ричарда шевельнулось сожаление о том, что он не обнаружил внутри бездыханного тела Розмари. Это многое бы упростило. А какие сенсационные заголовки украсили бы на следующий день страницы «Висперширского шёпота»! «Сотрудница похоронного бюро скоропостижно ушла из жизни, не успев выбрать себе гроб». Ха-ха-ха.

Сняв пистолет с предохранителя, Рид осторожно пробрался внутрь. Стараясь не спотыкаться о мусор, крыс и собственные ботинки, которые невозможно было разглядеть в густой чернильной темноте, коп почти наощупь продвигался вперёд, всё ещё надеясь, что Смерть найдёт мисс Бэкет раньше, чем он. А то ведь придётся не только спасать женщину, но и снова терпеть мучительные приступы аллергии. После того, что Розмари наболтала об Оливии, Риду самому хотелось придушить эту фею оградок и надгробий своим брючным ремнём.
Заметив впереди яркий свет, мужчина распластался по стене, пачкая спину штукатуркой. Ругань и крики, эхом рикошертившие от бетонных стен, утвердили его во мнении, что жертва похищения всё ещё жива и в сознании. Но едва ли в здравом уме — чего, впрочем, за мисс Бэкет никогда не водилось.
Подобравшись поближе, начальник полиции виртуозно слился с местностью, прикинувшись частью окружающего бардака.
Он решил не торопиться и сначала разведать обстановку, понаблюдав за происходящим действом.

Отредактировано Richard Reid (23.12.13 15:44:57)

+2

6

После беспокойной доставки Розмари в пункт назначения, женщину решили всё же связать – таких психованных по-хорошему вообще нужно держать в смирительной рубашке, на поводке и в наморднике. Разве представительница прекрасного пола в здравом уме будет кусаться, брыкаться и пытаться попасть коленом в стратегически важные места, когда её крадут сразу несколько здоровых мужчин? Нет бы, не сопротивляться своему счастью, расслабиться и хотя бы попытаться узнать, зачем её, собственно, схватили. А вдруг ей понравится?

Пострадавший от каблука красной туфельки бугай, высказывая всё это, перевесил декоратора гробов со своего плеча на плечо соседнего похитителя. После чего он быстро прохромал куда-то, вернулся и, даже не скрывая степень получаемого удовольствия, с упоением замотал запястья и лодыжки мисс Бэкет верёвкой, заодно чуть не отхватив от Роззи локтем в глаз и громко жалея, что под путами оказалась не шея несносной жертвы.
Обезвредив наконец Розмари, похитители слегка успокоились и плюхнули женщину на скрипнувший от такого нахального обращения стул с разъезжающимися ножками. Бэкет с облегчением выпрямилась и прожгла убийственным взглядом напавших, но в ответ получила лишь смешок. Выглядела она и вправду довольно комично: и так не слишком аккуратно уложенные тёмные кудряшки окончательно растрепались, напоминая покинутое из-за выхода из моды гнездо; пунцовые щёки из-за долгого пребывания вверх тормашками полыхали ярче, чем яростный взгляд прищуренных глаз; платье сидело так, будто Розмари засунули в стиральную машинку да и забыли там на пару дней; а в завершении осторожно и умилительно поджимаемые от холода пальцы ног.

Бэкет только раскрыла рот, чтобы высказать всё, что думает о происходящем (язык-то давно перестал болеть, но разговаривать, когда висишь вверх ногами достаточно неудобно), но мигом получила невкусный кляп, оборвавший её несомненно ставшую бы достойной цитирования речь на корню. Роззи возмутилась и даже промычала что-то не совсем приличное, но на неё, к сожалению, не обратили никакого внимания – похитители вглядывались куда-то в коридор и тихо переговаривались. Обидевшись на подобное игнорирование, мисс Бэкет решила оглядеться, чтобы понять, куда бежать. А в том, что она сбежит, женщина совершенно не сомневалась.
Из комнатушки было два выхода, один тёмный - по которому попали внутрь, а второй - слабо освещённый коридорчик, сразу сворачивающий и непонятно куда ведущий. По стенам самого помещения ржавой виноградной лозой вились трубы с капающей с них водой, наверное, именно из-за этого в помещении было сыро... А больше ничего и не было, только раскачивалась под потолком старая мигающая лампочка, порождая неверным светом немыслимые тени, и ясно давая понять, что она тоже в деле и, будь её воля, с удовольствием свалилась бы на голову Розмари.

Послышалось гулкое эхо шагов, и Бэкет, задумчиво покусывающая кляп и размышляющая о том, что или, не дай бог, кто это был до того, как вещицу сунули ей в рот, вскинула голову.
В подвал вошли… нет, не так. В подвал величаво вплыли несколько фигур, облачённых в черные плащи (довольно безвкусные, меня бы попросили, что ли, посимпатичнее бы соорудила) с надвинутыми на лица капюшонами.
«Кажется, сейчас что-то будет», - лениво подумала Роззи и попыталась зевнуть. Не получилось - насладиться процессом помешал кляп.

Чёрные плащи выстроились напротив женщины и помолчали несколько мгновений. Бэкет без особого интереса разглядывала вошедших, склоняя голову то на одну, то на другую сторону. Молчание нарушила принимающая гостей сторона.
- Вы привели эту жалкую сотрудницу похоронного дома. Но почему я до сих пор не слышу, как она кричит от ужаса? – сурово начала фигура в центре.
Розмари закатила глаза и обязательно покрутила бы пальцем у виска, не будь связаны руки.
- Кляп выньте, - уже без патетики добавил самостоятельно докумекавший до ответа главарь.
Хромоножка выдернул изо рта Роззи материю с хлопком вылетевшей из бутылки пробки. Мисс Бэкет хотела было успеть цапнуть его за пальцы, но передумала, во рту и так остался не самый приятный привкус.
- Если Вы так непрозрачно намекаете на массовый заказ гробов и скидку, так я не согласна. Вы могли бы просто позвонить, а не тащить меня через весь город в багажнике.
- Мы не за этим, - буркнул воровавший Роззи громила, но на него шикнул главарь банды чёрных плащиков, которому, видимо, очень хотелось поговорить.
- Ты, ничтожная, смеешь касаться священных трупов и…
- Эй, эй, эй. Попрошу без религии, я в бизнесе и не касаюсь духовной стороны вопроса. С такими заявлениями не ко мне, могу дать визитку одного падре.
- Сказать дашь или нам убивать тебя без объяснения причин? – слегка раздражённо спросила всё та же центральная фигура.
Да пожалуйста, ей-то что? Пусть высказываются, раз так хочется. Розмари пожала плечами, мол, творите что хотите.
- Ты, ничтожная, смеешь касаться свя… кхм… трупов и даже не выражаешь своего почтения! Ты не предоставляешь бесплатные пригласительные на похороны всем желающим и… Упс.
А Розмари всего лишь решила покачаться на стуле, что стало её ошибкой. Одна из ножек коварного предмета мебели странно завибрировала, поскрипела и… устояла. Но другая без объявления войны хрустнула и подломилась, увлекая стул, а за ней и Розмари, на негостеприимный бетонный пол. Взметнулся чёрный подол платья, мелькнули босые ноги, и Бэкет кувыркнулась назад.
- Чё, она сама это, того? – поинтересовался хромой похититель. – А добить хоть можно?
Пальцы ног Розмари зашевелились и непонятно каким образом сложились в фигу. Женщина отказалась самоустраняться, а значит, переговоры грозили затянуться.

Отредактировано Rosemary Backett (20.01.14 10:21:13)

+3

7

Ричард, всё это время надёжно скрытый от чужих глаз завалами мусора и пологом темноты, сидел в своём убежище и без остановки прикладывал руку к лицу в приступе экзистенциальной тоски. Во-первых, для того, чтобы не видеть голых лодыжек мисс Беккетт и не искушать тем самым чувство прекрасного и супружескую верность; а во-вторых, потому что накал общего кретинизма ситуации, кажется, вот-вот должен был достигнуть пиковых высот.
Один раз мужчина таки отлепил ладонь от переносицы, дабы иметь возможность пересчитать будущих задержанных и прикинуть собственные шансы на успех в случае немедленной атаки. Однако даже скудных арифметических познаний Рида, исчерпывавшихся программой начальных школьных классов и заполнением налоговых деклараций, было достаточно, чтобы понять: безусловное численное преимущество на стороне противника. М-да. Паршиво.

Меж тем трагикомедия на грани фарса без перерыва на антракт перешла к заключительному акту.
— Довольно пустословия, братья! Приступим, — возвестил лидер головорезов, воздев руки к потолку, после чего ткнул пальцем в притихшую (явно ненадолго) женщину.  — На дыбу её.
Его подручные в ответ на однозначный приказ отчего-то скромно потупились, принялись ковырять ботинками пол и виновато шмыгать носами. Только один рискнул взглянуть в грозные очи начальника и сбивчиво попытался объяснить:
— Так мы это, чё... Не успели принести. Собирали долго, и не успели. Там деталька потерялась... а мы...
— Идиоты, — главарь отвесил помощнику звонкий подзатыльник. — Просил же приготовить всё заранее! Оставайся здесь и сторожи Жертву. Остальные — за мной.
Пленнице снова воткнули кляп в прежнее место и вернули в вертикальное положение, подставив под стул какую-то коробку. Чёрные Плащи дружной шеренгой построились за своим командиром и гуськом покинули помещение, шурша полами длинных хламид о бетонное покрытие. Глаза Ричарда сверкнули злорадным блеском. Самое время для тактического захода в тыл врагу.

Никогда, слышите, никогда не стойте спиной к плохо освещённым углам и коридорам. Мало ли что может караулить вас во мраке неизвестности: маньяк с топором, чудовище из параллельной вселенной, или что-нибудь похуже — например, сотрудник полиции, вознамерившийся выполнить служебный долг. Ричард выплыл из окружавшей его черноты медленной, крадущейся поступью, белый как привидение от пыли и осыпавшейся отовсюду штукатурки. (Видимо, похитители были жуткими сквалыгами и не желали скидываться на ремонт своего рабочего места.) Пребывавший в счастливом неведении касательно подстерегавшей его опасности стражник аж присел, когда почувствовал на плече тяжёлую длань закона.
— Ку-ку, — доверительно шепнул Рид ему на ухо, одновременно приставив револьвер к бритому затылку. — Ку-ку, мой мальчик.
— К-кто т-там? — застучал зубами перетрусивший бедняга, не решившись обернуться после такого приветствия.
— Ужас, летящий на крыльях ночи! — отозвался начальник полиции похоронным (с кем поведёшься...) тоном. — Гнойный фурункул на носу беззакония. Засохшая хлебная крошка в постели преступности! Липкий комок в манной каше злокозненности*... Но-но, отставить обморок, — молодчик, впечатлённый перечисленными титулами, решил немножко потерять сознание, и Риду пришлось вернуть его в русло дискуссии, крепко пнув коленом под зад. — Сначала даму развяжи.

Удивительно, какими сговорчивыми становятся люди под дулом заряженного оружия. Никаких вам, на фиг, демократии, дипломатии и плюрализма; зато какой результат! Определённо, Ричарду стоило подумать над тем, чтобы выйти на заслуженную пенсию и вести курсы по повышению коммуникативных навыков для всяких застенчивых ботаников — без куска хлеба с повидлом не останется.
Руки у исполнителя тряслись от страха, дёрганый свет лампы сбивал с толку, поэтому праведное дело освобождения пленницы продвигалось верно, но медленно. Наконец, последний узел пал жертвой нестриженных ногтей бандита, и ослабнувшие верёвки с тихим шорохом сползли вниз. Бритый нервно выдохнул и утёр рукавом взмокший лоб.
— Спасибо, — поблагодарил его Рид. — Так и запишем в протоколе: оказывал добровольное содействие следствию под психологическим давлением и угрозой физической расправы.
Сказав это, он отработанным жестом тюкнул молодца рукоятью револьвера в темечко. Мужик рухнул, как кулёк картошки, растянувшись у ног своего победителя, который подобно Сонному Сому, одолевшему степного льва, всем видом могучей фигуры выражал воинственную свирепость. Ричард присел рядом с бессознательным телом, нашарил на своём поясе наручники, кои он всегда таскал с собой в количестве, достаточным для задержания маленького цыганского табора, и защёлкнул стальные кольца на запястьях сражённого негодяя. Удовлетворённый проделанным, полицейский выпрямился, поднял голову и... отшатнулся с выражением неописуемого ужаса на лице, словно чёрт от Священного Писания. Перед ним во всём неприкрытом смертоносном обаянии стояла спасённая прин... не, точно не принцесса, и кому тут нужно спасаться, ещё большой вопрос. Ну и вииид! Чумазая, раскрасневшаяся, косметика размазана ассиметричными подтёками, взгляд пылает жаждой крови, волосы растрёпаны, как у ведьмы после бурной ночной оргии, платье порвано, сама босая...
— Отлично выглядите, Розмари, — пробормотал Ричард, придя в себя. — Хоть сейчас в гроб клади.
Учитывая специфику ремесла милой дамы, она должна была счесть это за комплимент.


*Да, Рид тоже иногда смотрел «Битлмэна».

Отредактировано Richard Reid (22.01.14 15:21:51)

+1

8

Розмари наблюдала за своим спасением без положенного в таких случаях душевного трепета, ей было почти всё равно, может быть, чуть-чуть интересно. Она ужасно злилась, устала, замёрзла, ушиблась и хотела только одного – попасть домой. Ну, ещё найти туфельки. И помириться с мальчиками из больницы. И больше не видеть похитителей. Женщина была готова терпеть их присутствие рядом с собой только в качестве помощников мальчиков. А что? Эти бугаи крадут занятых людей, а могли бы сами заняться полезным делом. Почему бы не просто убить и сразу забыть, а хорошо подготовиться к похоронам жертвы: привести её к Розмари, чтобы подобрать подходящий гроб, выкопать яму, - и только после этого с чистой совестью крепкими от тренировок с лопатой руками закопать яму и подровнять холмик, ставя в деле жирную точку. Если бы Бэкет была на месте убийц, она бы именно так и поступала, так работать гораздо приятнее, разве нет?

Только когда Роззи вдоволь напредставляла возможную работу похитителей, путы наконец спали, а Бэкет с удовольствием потёрла освободившиеся руки, наблюдая за тем, как злодей планирует на пол из-за близкого знакомства затылка с рукоятью револьвера мистера Рида. Конечно, женщина была уверена, что сможет сбежать и без посторонней помощи, но всё же было бы невежливо оставлять старания полицейского без благодарности.
- Спасибо, -  женщина хотела сказать ещё пару положенных фраз, но как раз в этот момент Ричард соизволил посмотреть на спасённую даму и шарахнулся в сторону, едва не крестясь. В общем-то, Роззи привыкла к подобной реакции, но сейчас это окончательно её разозлило.
- Вас тоже можно класть в гроб, - Розмари пристально разглядывала мистера Рида испепеляющим всё и вся взглядом. Кажется, ещё чуть-чуть, и волосы Ричарда задымились бы, по крайней мере, пара искр там точно пробежала. Что и говорить, Бэкет была не в духе, но её можно понять, день совершенно не задался.
- Хотя нет, скорее, Вы похожи на уже вставшего из гроба. Вы знаете, что Вы весь белый? – Розмари глянула на себя, вновь перевела взгляд на Ричарда и усмехнулась. Они представляли собой замечательную картинку из чёрно-белого телевизора, по которому крутили глупый детектив, порождение сценариста-графомана, стругающего свои творения со скоростью и качеством Дона Цовы, и ушедшего в загул режиссёра.
- Ну, мы так и будем здесь стоять и ждать, пока чёрные плащи вернутся? Не думаю, что Вам понравится кляп. Мне не понравился. Но мне даже стало любопытно, что им было нужно, может быть, они когда-нибудь пришлют записку с разъяснениями, как Вы думаете? Или зайдут ко мне на работу. Надеюсь только, без верёвок и мешка.
Розмари поправила платье, взлохматила и так не слишком аккуратно лежащие волосы и, громко и угрожающе шлёпая босыми пятками по холодному полу, уверенным шагом направилась в тёмный коридор. Ногам было больно из-за вгрызающихся в кожу мелких камешков и грустно из-за расставания с любимыми туфельками. Между прочим, это была красно-зелёная пара, самая любимая из самых любимых.
Вынырнув на свежий воздух из затхлой атмосферы несостоявшейся пыточной, Роззи уже решила для себя, что делать дальше. Повернувшись к следовавшему за ней Риду, Бэкет сложила руки на груди и заявила:
- Мне нужны мои туфли. Это дело принципа. Вы не видели их по дороге? Красная и зелёная. Я пойду их поищу, - Розмари уже оглядывалась, прикидывая, с какой стороны её привезли, всё-таки, поездка в багажнике не идёт на пользу ориентированию на местности. - И да, мы не закончили разговор о Вашем гробе и о гробе Вашей жены, не думайте, что я забыла.
Женщина махнула рукой в сторону коридора, из которого они только что вышли:
- Кстати, мне кажется, или сюда кто-то идёт? Шаги оттуда.

Отредактировано Rosemary Backett (06.02.14 00:55:16)

+1


Вы здесь » Задверье » шляпа специалиста и прочие жизненные истории; » «Я задержу их, ничего!»


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC