Задверье

Объявление

текущее время Виспершира: 24 декабря 1976 года; 06:00 - 23:00


погода: метель, одичавшие снеговики;
-20-25 градусов по Цельсию


уголок погибшего поэта:

снаружи ктото в люк стучится
а я не знаю как открыть
меня такому не учили
на космодроме байконур
квестовые должники и дедлайны:

...

Недельное меню:
ГАМБУРГЕРОВАЯ СРЕДА!



Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Задверье » чердак; » Вспомнить всех


Вспомнить всех

Сообщений 1 страница 26 из 26

1

Испытуемые: Франк Херринг, Кеннет Росситер и призраки Прошлого.
Место пыток: Частная психиатрическая клиника "Вперёд ногами". А конкретно - кабинет Франка.
Время: 9:00 утра, среда в марте 1972 года.

Господин Кеннет любит гулять в сторону психиатра. Он любит пить алкогольные напитки и выкуривать несколько пачек сигар в день. А ещё он любит рассказывать свои умопомрачительные истории дражайшему психологу. А потом наступает время воспоминаний и любовь буквально переполняет сознание мистера Росситера, грозя запутать Франка разными занимательными хитросплетениями переходов от болезней к делам насущным. Во всём этом продолжительном процессе Херринг получает свою порцию любви только в конце сеанса, в стоимостном выражении.
Сегодня не станет приятным исключением из правил. А значит, что нужно как следует подготовиться к приходу Шаха и ударить первым!

Отредактировано Frank Herring (23.05.13 14:54:47)

+2

2

Каждую ночь накануне сессии с психоаналитиком Кеннету Росситеру снился один и тот же сон.

Он был короткий, но удивительно содержательный и волнующий: во сне Кеннет встречался с матерью.

-Мама!- каждый раз восклицал он, простирая  руки к туманному безликому образу, - Мамочка, узнаешь своего сына Кенни?!

Собственно, на этом сон заканчивался, и Кеннет так до сих пор и не получил ответа на свой вопрос, но надеялся, что при помощи возлежаний (на кушетке) и возлияний (в винном погребе)   Херринга наконец докопается до своих фамильных корней, уходящих вглубь веков.

Однако же осторожный демон до сих пор не решался рассказать ушлому мозговеду о своей новой проблеме, поскольку обоснованно подозревал, что узнав о его еженощных видениях, тот сразу же увеличит количество сессий, а это неизбежно повлечет за собой новые и немалые расходы.

Терапия стала для Росситера чем-то вроде зависимости, наряду с куревом и алкоголем –  каждый день ноги  сами собой несли его к двери психиатра. По Кеннету  можно было сверять часы на городской ратуше, если бы таковые имелись.
Вот и сегодня он пришел к Херрингу в строго установленное время, занял свое пригретое место на кушетке, сцепил руки на животе и приготовился рассказать о том, как прошел день. Рассказывал он всякий раз с искажениями и недомолвками, поскольку не доверял никому, а уж психиатру – тем более. Где-то в недрах кабинета Херринга хранилось его медицинское досье, и кто  знает, вдруг произойдет утечка информации и какой-нибудь городской коп получит доступ к его потаенным фантазиям. Да черт с ними, с фантазиями – больше всего Кеннета страшило, что кто-то может узнать о реальных обстоятельствах его жизни: обороте накраденого, махинациях с махровыми древностями и манипуляциях с серебряными ложечками.

Посему терапия продвигалась ни шатко ни валко: стараниями Кеннета они с Херрингом нарезали круги вокруг одной и той же темы: насколько тесно курение  связано с неудовлетворенными оральными потребностями пациента, отнятого от материнской груди до срока. И как это символизирует.
Пристрастие к курению сигар вызывало у Кеннета смутное беспокойство и по другой причине, но он стыдливо обходил эту тему. Ведь всякий раз, раскуривая сигару, приходилось обрезать ее кончик, что вызывало непроизвольную дрожь в членах и кастрационные страхи. Лучше бы он курил сигареты! Или трубку, или кальян на худой конец. Мысли бросить курить у него почему-то никогда не возникало, и об этом тоже стоило поговорить.

-Доктор,- взволнованно вопросил Кеннет,  в  тысяча триста пятьдесят восьмой раз подробнейшим образом описав процесс выкуривания гаваны и связанные с ним ощущения, - Вы меня слушаете? Как вы думаете, доктор, это лечится? Прогноз благоприятный? – и он нервно защелкал пальцами. Это был условный знак доктору и собутыльнику, что пора уже переходить к принятию успокоительной микстуры: смеси односолодового виски со льдом в гомеостатическом разведении  2:1.
Впрочем, вышеупомянутые вопросы  он задавал Херрингу  в конце каждой сессии с одинаково плачевным результатом. Но надежда умирает последней, и Кеннет продолжал верить, что психиатр успокоит и полечит его смятенную обкуренную душу, а заодно зальет пожар, бушующий в груди пациента чуть ниже сердца.

+4

3

В мозгу психиатра сейчас играл вальс, что было очень тревожно. Внешне он оставался невозмутим, внутренне же дирижировал огромным оркестром, полностью отдаваясь на растерзание музыки. Огромные барабаны отбивали тревожную дробь, трубы выдували серебро, а взгляд метался по комнате, пытаясь охватить все триста шестьдесят градусов пространства и ещё около пяти градусов дополнительно того же самого. Чем было вызвано неожиданное подключение к радио Виспершира, о котором Херринг даже не подозревал? Очевидно, что покупка нового стола из железного дерева несказанно скрасила настроение немного унывающему демону.
Часы напротив стола, столь удачно скрытые за горой книжек по психоанализу за один эре, показывали восемь с копейками. В понятии Франка, под копейками подразумевались полчаса, которые вот уже двадцать восемь минут наступили и продолжали победно наступать. Ловец духов, столь удачно перестроенный в неработающий ловец фантазий и сновидений, успешно пылился под древней вазой династии Дзинь, которая была преобразована в симпатичный декоративный чайничек. Где-то над ней висел китайский фонарик из папье-маше, приобретённый в антикварной лавке в удивительной и невообразимо далёкой стране. Невообразимо удивительная и далёкая страна была буквально через дорогу, напротив клиники Андраса. Денежное дерево, было особенной гордостью душеведа всего города. В особо невесёлые и скучные моменты своей невесёлой и грустноватой жизни, Франк прикреплял скрепками денежку к картонному стволу, тем самым себя несказанно радуя. И что, что деньги были настоящими? Херринг богат, ему можно.
Через две минуты наступило полвосьмого, которое длилось, при учёте последних изменений, вот уже как тридцать минут. Первым в дверь вошёл перегар. Несильный, слабый, неощутимый для человеческих, но не демонических ноздрей. Затем подтянулся кислый запах табака или чего там добавляют в импортные дорогие сигары. Вслед за ними подтянулся и их обладатель – до дрожи в коленях неинтересный мистер Росситер. За ним уже подтянулись его проблемы и комплексы, которые по отдельности не представляли из себя ничего стоящего.
- Доброе утро, мистер Кеннет, надеюсь, вы подготовились к нашему сеансу, - мягко отозвалось кресло, явно застигнутое врасплох. Франк, слившийся на долю секунду с кожаной обивкой, поступил так же, правда, потом сокрушался, что Шаху опять удалось произвести незапланированную атаку. А ведь Андрас готовился!  Подготавливался, ждал, подбирал момент и всё равно мусье Росситер пришёл неожиданно на запланированный сеанс психоанализа.
- Нет болезни, которая бы не лечилась в наше время, - заверил Франк отчаявшегося собрата, про себя же замечая, что никто не спасётся и не излечится.
Услышав условный сигнал, Херринг, не теряя лица человека, одухотворённого созерцанием пустоты, достал из-за стола бутылку фиски пыльного года и два фужера. Так же отстранённо открыв, разлив и закрыв бутылку, психиатр даже не притронулся к своей порции. Он молчаливо и без затей, а главное ненавязчиво, буравил лицо своего пациента, выискивая стыдливые глаза. Или они были бесстыдными? Да какая разница, всё равно нужно было эффектно смотреть в лицо и вызывать приступ неконтролируемой паники. Может хоть тогда Шах разговорится.

+4

4

Как обычно, аналитик нагло врал, и как всегда – не краснел.

А ведь давал наверняка клятву Эскалупа, когда ему торжественно вручали диплом об очень среднем медицинском образовании. Врач, одним словом, врач без зазрения совести! – кипел от возмущения Кеннет.

Росситер  мог бы перечислить  десятки, да что там!- сотни болезней, перед которыми современная медицина была бессильна :  от истерической почесухи до оральной горячки и утреннего сушняка.

По совести говоря, Кеннет недолюбливал своего психиатра со свойственной ему демонической страстью. И не только его, а и всех предыдущих.  Такая недолюбовь происходила от того, что Кеннет попросту завидовал их умению делать деньги быстрее и с меньшими энергозатратами, чем он сам.  Способности срубить капусты, не пошевелив  пальцем, а просто молча посиживая в кресле и задумчиво кивая головой.

Лечить свои пошатнувшиеся мозги Кеннет начал, по человеческим меркам, очень и очень давно: он был последним пациентом знаменитого психиатра Жуля Ширко, и, увы, его первой и единственной неудачей. Терапия, едва начавшись, закончилась внезапно. Как говорится, ничто не предвещало, просто в один ясный и тихий день неудержимый поток сознания Кеннета мощным паводком снес крышу доктора, после чего последнему пришлось оставить практику и отдаться в умелые руки своих бывших учеников.
Следующий духовный целитель продержался чуть дольше, но однажды и он, в разгар страстного монолога Кеннета встал и, пробормотав извинение, вышел из окна третьего этажа. Назад почему-то не вернулся, и Кеннету пришлось искать нового врача.
Третий… ох, не хотелось даже и вспоминать, так же как и о четвертом, пятом, шестом и восьмом.
Уцелел только седьмой, но и он вскоре переквалифицировался в консьержи доходного дома.

Но то все были люди, жалкие недодемоны, а на этот раз Кеннету достался сильный противник, такой же демон, как и он сам. Придется попотеть, но ничего, на его стороне антиперспирант «Елочка» и сила тысячелетий, а что может противопоставить ему этот юнец, проживший всего-навсего 18 веков? В груди Кеннета зашевелилась и теплой волной разлилась законная гордость за свой преклонный, даже по демоническим понятиям, возраст.

Но как же хотелось Росситеру слегка подсидеть своего мозгоправа! Просто ягодицы чесались. Нестерпимый мстительный зуд охватил Росситера и он поерзал на своем продавленном терапевтическом ложе. Что бы такое придумать и, главное, как осуществить, если битый час пролеживаешь бока на проклятой кушетке, калякая о том о сем?

Надо было срочно посоветоваться с кольцом и Кеннет незаметно потер камень, мысленно формулируя вопрос. Кольцо тут же испустило такие флюиды, что Кеннет зашмыгал носом и недовольно поморщился. Однако каверзная мыслишка все же поползла по извилинам мозга. Ого-го! Кажется, будет праздник и на его улице!  И губы Кеннета дрогнули в глумливой улыбочке.

-Эх, хорошо пошла!- передернулся Кеннет, так и не опрокинув в себя адское зелье, предложенное ему доктором.- Где вы берете это целебное снадобье, док? Моментально успокаивает мои взвинченные нервы, просто творит чудеса!
Честный до мозга своих старых костей, Кеннет просто стеснялся сказать правду в глаза Херринга. Напиток был явно паленым, демон это носом учуял.  Обиднее всего было, что он сам и оплачивал это пойло, так как фиски проходил в договоре медицинских услуг по графе «все включено». Не пил он вместе с доком просто для отвода глаз, чтобы не вызывать излишних подозрений. Давился и исходил ядовитой слюной,  но не пил. А кто бы на его месте не отказался,- оправдывался он перед своей щепетильной совестью.

Отредактировано Kenneth Rossiter (23.05.13 18:57:05)

+3

5

Мистер Росситер выбрал тактику воздержания. Прямо как на предыдущих тысяча с хвостиком сеансов, не проявив и капельки оригинальности. Франк особо и не настаивал на новых фокусах, но даже ему хотелось бы видеть что-то экстраординарное. Выпрыгивание клоунов из рубашки или голуби, вылетающие из ушей. Впрочем, подошло бы и чистосердечное признание в деле об краже сладких рулетов. Непонятно только одно, как полицейская листовка добралась до кабинета Херринга. Ну не в окно же залетела!
- Всё там же и всё столько же, – прищурившись, выдал демон, эффектно выкладывая ещё один козырь на стол. Это была пачка сигар. Самых дешёвых, по меркам Андраса, но для простых смертных они были по-прежнему недоступны. Словно невзначай, он приоткрыл пачку и демонстративно выдвинул одну. Глаза же продолжали наблюдать за реакциями Шаха, а мозг пил кофе и пытался проснуться, прежде чем начнёт истерично печатать статьи, на вроде "Он сдерживает себя!" или "Алкоголь - лучшее средство для воздержания!".
- Может быть, закурите? - провокационно вытаскивая безмятежную сигару, невинно поинтересовался Франк у своего испытуемого.
- В любом случае, хотите вы того или нет, но мы начинаем наш сеанс, - Херринг поднялся со своего кресла и пошёл в направлении шкафчиков. Вся конструкции грозилась рухнуть на ближнего своего, при этом демонстративно раскачиваясь из стороны в сторону. Выудив из ящичков необходимые инструменты для пыток, как то листы с тестом Блинзека, шарик-самокрутку, две эбонитовые палочки и лакмусовую бумажку, Андрас благополучно и без происшествий вернулся к себе за стол. Там же он разложил свои принадлежности, очевидно решая, с чего начать на это раз. Тесты Блинзека, конечно, вещь потрясающая, но буквально через сто сеансов, подопытный запоминает правильные ответы и тест становится совершенно бесполезным. В тайне ото всех, психиатр дорисовывает новые вопросы и фигуры, а потом проверяет их на других пациентах. Шарик-самокрутка тоже вещь неоднозначная, потому что надоедает он уже к концу пятого занятия, зато на следующий сеанс больной с удовольствием берёт его в руки. Секрет эбонитовых палочек так и не открылся психологу, хотя каждый вечер он в поте лица пытается заставить себя встать с дивана и узнать тайное предназначение палочек. Лакмусовая бумажка служила как простейший детектор правды. И она всегда указывала, что больной нагло врёт.
Методика Херринга тоже была своеобразной, а поэтому заслуживающей особого внимания. Хоть он и прочитал множество трудов великих психоаналитиков, предпочитал он только одну методику, почерпнутую в далёких заснеженных краях в каком-то иглу. "Что вижу, то и пою" - всегда оправдывала себя, поэтому Андрас даже и не думал менять свою тактику.
- А теперь давайте поговорим о настоящих ваших проблемах, - заявил демон, подготавливая морально своего собрата к начавшимся пыткам, - Все ваши теперешние проблемы, они прямиком из детства. Трудный подростковый период только усилил воздействие влияющих трудностей, выделяя особняком лишь одну проблему. Проблему родителей и детей. Итак, дорогоуважаемый Кеннет, давайте начнём вспоминать прошлое. Оно ведь вам нужнее..
- Начнёте юлить, стоимость нашего сеанса начнёт плавно возрастать, - ничуть не лукавя, предупредил Херринг, подготавливаясь к обильному вранью.

+4

6

-Конечно-конечно, доктор, - согласно закивал головой Кеннет, чтобы сбить с толку ни о чем не подозревающего психиатра. – Не вопрос!

А о чем, собственно, был вопрос? И был ли он вообще? – недоуменно спросил он у кольца, но на этот раз кольцо воздержалось. Пришлось напрягать память. И Кеннет вспомнил все.
О своем детстве демон мог говорить часами, да что там – месяцами и годами без перерыва, что, собственно, он и делал, меняя психиатров как изношенные перчатки и прохудившиеся носки.

-У меня было очень тяжелое детство, док, - неискренне шмыгнул носом Росситер. – Вы даже не сможете себе представить… Хотите, я вам нарисую? – и он невинно посмотрел на стол Андраса, на котором уже лежал набор стерильных инструментов для промывания мозгов. Тест Близнека он узнал сразу и поморщился : какой-бы вопрос не нарисовал доктор на листе бумаги, Кеннет всегда видел одно и то же: поющую зубастую авгину модели XDD, устаревшего еще в прошлом веке образца. Все это было скучно и надоело ему до оскомины в зубных протезах.

Детство у него было на самом деле не трудное, а затянувшееся, поэтому он затруднялся, какой именно период выбрать для зачина.
Оральный они уже многократно обсуждали : именно тогда юный демон наконец-то освоил полезные социальные навыки пития, курения и говорения.
Если ему не изменяла память (а она была дама ветреная и частенько покидала Кеннета в самые ответственные моменты жизни), следующей в кратком списке психиатра фигурировала анальная эпоха, да, именно так. Вообще-то этот период Кеннет по счастливой случайности проскочил без особых происшествий, но жаль было разочаровывать доктора, и поэтому он сразу же начал вдохновенно лгать. Лакмусовой бумажки он не боялся еще ни разу: зная скупость Андраса, он был уверен, что у этого бумажного детектора лжи давно уже истек срок годности.

-Доктор, мне стыдно признаться, - закрыв лицо руками, проговорил он, подглядывая, однако, за реакцией аналитика сквозь просвет между средним и указательным пальцами. – Нет, я не могу вам об этом рассказать! – для пущей убедительность демон издал звук, отдаленно напоминающий всхлип раненого носорога.
Целью всех этих манипуляций было продиагностировать самого психиатра. Уже очень и очень давно Кеннет задавался вопросом, какого демона все эти любители психиатрической кушетки гордо именуют себя «аналитиками». Почему аналитиками? Какой глубинный  смысл они вкладывают в это название?!

-Так на чем я остановился, доктор, - потерял  нить Кеннет. – Ах да, когда я в гареме служил евнухом…- И это тоже была наглая ложь, поскольку молодой тогда еще ( с виду) и румяный ланитами Кеннет за время своей недолгой службы во дворце Саддама-ибн-Гаморры успел переспать со всеми любимыми женами и наложницами султана. До нелюбимых просто руки не дошли, и сказалась нехватка времени, поскольку он был вынужден бежать, спасаясь от расправы разьяренного восточного мужа. – Меня прозвали… он запнулся, подбирая понятное аналитику слово,- Шахзаде. Потом я вынужден был сократить это пышное и слишком длинное арабское имя до Шаха. Такие вот дела, доктор…. – и демон загрустил, почувствовав, что где-то в своем рассказе слегка перегнул палку.

Надо было срочно менять тему и из глубин подсознания подниматься к более эгоистичным и возвышенным предметам.
-Почему ваше кресло так страшно скрипит? – капризно и сварливо спросил он Херринга. – Сейчас у меня случится паническая атака. – И он беспокойно заворочался на кушетке. Захотелось встать, выйти и умыть руки.

- А вообще, док, мне с вами бесконечно повезло, - вдруг в приливе редкой для себя искренности сообщил он. – Да-а…

Отредактировано Kenneth Rossiter (24.05.13 11:21:34)

+3

7

Франк не переставал коситься на свою лакмусовую бумажку. Она вот уже десятый год утверждала, что пациенты врут и не краснеют прямо в глаза. "Может, стоило поменять её на более новую? Кажется, она немного устарела..."
Шах продолжал заливать мозги Херринга информацией. Если бы Андрас был обыкновенным человеком или даже необыкновенным, то он бы не продержался и пятнадцати минут. Обнако, демоническое происхождение давало свои плюшки: вся речь Росситера воспринималась спокойно и в крайней степени лениво.
- Не вопрос, - спокойно заметил психиатр, открывая шуфлятку стола и доставая набор цветных карандашей и приличную стопку чистой бумаги. - Не можете сказать - рисуйте.
Кеннет продолжил словоизлияния. Если бы Херринг служил в секретных спецслужбах, он бы давно уже взял на заметку этого подозрительного типа. Но выгодное предложение так и не поступало от отмалчивающихся спецслужб. Это значило лишь одно - сведения бесценны. Их даже не продашь за пару эре на чёрном рынке, потому что использовать их не представляется возможным. Ну, кому, допустим, надо знать, что хозяин лавки древностей - демон? Или что он показушно страдает от невысказанности своих эмоций и предрасположенностей? Даже Херрингу не было любопытно узнать, чтобы было вначале. Вроде, вначале было Слово. Или Буква. "Или может звук? Или кто-то крутил барабан..?"
Андрас созерцал своего пациента, как можно было наблюдать за кроликами. Они милые, пока не покушаются на твое личное пространство, с бешеной скоростью воспроизводя своё потомство. Они пушистые и мягкие, пока не грозятся перегрызть горло своими длинными зубами. Нет, Шах даже отдалённо не напоминал кролика. Ну разве что чуть-чуть.
- Так значит, первоначальное ваше имя - Шахзаде? Любопытно, - совсем без любопытства в голосе поинтересовался психоаналитик, с грустью наблюдая за лакмусовой бумажкой. Похоже, та необратимо высохла, загубив десятки лет работы. - Значит, арабы дали вам имя. Хорошо. Но это ведь ещё не самое начало, верно? А вы, если мне помнится, хотели узнать, кем же были ваши родители.
"А тебе оно вообще надо? Вот я знаю, кто у меня мать и мне от этого в основном холодно. Хотя носочки она вяжет тёплые. С оленями. И одежду покупает хорошую.. Но всё равно холодно." Херринг ради своего удовольствия поскрипел ещё немного креслом. Видя необходимый результат на внешности Шаха, Андрас слегка поуспокоился, но скрипеть не перестал.
- У вас акустическое расстройство внутреннего уха. Скрип - символ проблемы, которая тревожит вас. На самом деле, кресло совершенно беззвучно. Возьмите шарик, - Херринг заботливо вложил предмет в руку Росситера и продолжил елозить на стуле, скрипя ещё больше и громче. - Он вас раздражает, не так ли? Это ваше подсознание пытается до вас достучаться. Похоже, оно уже перепробовало множество вариантов вашего "пробуждения". А сейчас выбрало такое, отчего вы точно не сможете отмахнуться.
Неожиданно пошли слова благодарности, что слегка насторожило корыстного Франка. Обычно подобные слова могли означать, что клиент усыпляет бдительность своего лечащего врача и попытается сбежать при первой возможности через окно. Или дверь, что очевиднее.
- Я в этом не сомневаюсь, - пристально наблюдая за телодвижениями Шаха, отозвался психиатр. - Попробуем методику гипноза. В прошлый раз она хорошо себя зарекомендовала. И вы от меня совсем ничего не утаили. А я ведь часто вам напоминаю, что я ваш друг, я могу помочь вам...

+3

8

Услышав слово "гипноз", пациент  покрылся холодным потом и чуть не свалился с кушетки. Он совершенно не помнил ни о каком "прошлом разе", но разыгравшееся воображение нарисовало ему как психиатр вводит его в транс и ... Что могло последовать за этим, он предпочел не представлять.

Хотя... Наверняка доктор преувеличивал и искажал события. Ведь от бдительного ока Андраса явно ускользнул глубинный символический смысл персидского слова "заде", а значит, с этой стороны тыла Шаху ничего не угрожало.

Он с облегчением перевел дух. И действительно, аналитик хоть и считал себя таковым, но вопросы всегда задавал прямые,  не в бровь, а в глаз, от чего и без того слабые глаза Росситера краснели и слезились.

Демон разочарованно вытянулся на кушетке: не ожидал он, что доктор, на которого он возлагал столько надежд, сразу перейдет к тяжелой артиллерии психоанализа и секретных служб.  Еще бы сыворотку правды или антидот лжи прописал, - язвительно подумал Шах. Он , конечно, понимал, что его случай уникален по своей тяжести, однако чтобы вот так сразу гипнозом по лбу, не испробовав более легких обходных путей- этого он, признаться, не ожидал.

Кресло психиатра скрипело все сильнее,  и демон попристальнее присмотрелся к сидельцу.
Тот почему-то непрерывно ерзал и морщился как от сильной боли.
"Фигассе!"- осенило демона: геморроя в жизни психиатра явно было чуть более чем слишком, и Росситер испытал мгновенный прилив сочувствия к тяжелой доле инженера душ. Даже хотел поделиться секретным рецептом мази, который он случайно нашел в одной из пустых бутылок, сданных ему на комиссию старым пиратом в отставке. Но потом передумал - на мазь у него были другие виды. Надо было сдать ее на анализ в химическую лабораторию, а после развернуть производство в промышленных масштабах и продавать патентованное средство всем болящим.
"Так и быть,"- великодушно решил он, наблюдая за невыносимыми страданиями мозгоправа, - " если лечение закончится успешно, отдарюсь баночкой целебного снадобья. Возможно, даже назову ее в честь всех пользовавших меня аналитиков." Он с удовольствием представил себе рекламные растяжки на улицах родного города.

Но надо было как-то отбрехаться от гипноза. По крайней мере, на сегодня-завтра, а там время покажет. И Шах сделал ход конем:

-Доктор, гипноз, конечно, дело добровольное. Но я бы хотел сначала попробовать групповую,- он замялся, забыв как это дело называется, посмотрел на шарик в руке, сунутый ему психиатром, и вспомнил, - динамическую терапию.
И честными глазами посмотрел на доктора.

Отредактировано Kenneth Rossiter (25.05.13 11:28:46)

+2

9

Херринг держал себя в руках очень умело. Ему могли бы позавидовать монахи, хирурги или инструктора по вождению. Он прохладно воспринимал попытки Росситера спутать или сбить с толку. В особенности, когда хозяин ломбарда начинал сходить с пути истинного.
- Отклонено, - холодно отрезал Франк и объяснил почему, - В вашем случае групповая терапия неуместна, так как ваш случай.. особый. Ни у одного наблюдаемого мною пациента, нет столь богатого букета расстройств, который вы собирали на протяжении.. в общем, очень долго. Тем более, понимаете ли вы всю ответственность при участии в групповом динамическом сеансе? - закономерно поинтересовался Андрас, и совсем не давая шансов на хотя бы вялый ответ, ответил за Шаха: - Не думаю. А поэтому, вас ждёт гипноз. Не переживайте, будет не больно.
Психолог медленно поднялся со своего кресла и благосклонно-спокойно улыбаясь, положил на стол обыкновенные часы на необыкновенно длинном ремешке-цепочке. В тоне же сквозил холод от вынужденного дружелюбия и понимания, хотя демон не кривил душой, ему было немного жаль Шаха. Чтобы Кеннет мог оценить, что его ожидает в ближайшие минут десять точно, Херринг слегка пододвинул объект для пыток. Дав полюбоваться необычной цепочкой, Франк с ловкостью фокусника переместил часы в свою руку (всё просто, они просто были привязаны тонкой леской).
- Итак, устройтесь поудобнее в своём кресле и постарайтесь успокоиться, - подсказал Франк, возвращаясь к шкафчикам и открывая самый левый и нижний во всей конструкции. Изрядно покопавшись, вспотев не раз с лишним и находя не те инструменты для дознания, Херринг начинал расстраиваться. Однако он быстро повеселел, когда нашёл то, чего так сильно не хватало на сеансах. Чтобы пациенту было ещё удобнее и комфортнее в своём ложе, лично психиатром были разработаны ремни из плотной и прочной кожи с красивыми украшениями. Вроде бы, это были маленькие бриллиантики и рисуночки каких-то древних ящеров. А, да какая разница, когда ты уютно связан и часы на цепочке вводят тебя в транс?
Целей у психоаналитика было две. Одна - всё-таки сдвинуться с мёртвой точки в исследованиях. Вторая - узнать, где деньги лежат и где ключи от этого помещения. Движимый этими благородными миссиями, Андрас был уверен в своём успехе. Если не в одном, так хотя бы в другом.
- Эти ремни необходимы.. чтобы вы не повредили чего-нибудь. Или не попытались меня ударить. Словом, исключительно для вашей безопасности. Мы же не хотим, чтобы вы под гипнозом выпрыгнули из окна и ограбили банк? – улыбаясь, заметил Франк, легко позвякивая ремнями. Но идею с банком он запомнил, на всякий случай. Нет, конечно, лучше использовать своих клиентов для разборок с другими псевдодокторами. Так надёжнее.
- Поверьте, вам ничего не угрожает. Если вы не будете оказывать сопротивление, конечно, мистер Шах, - заверил психолог, дружелюбно размахивая часами одной рукой, а другой галантно поддерживая злосчастные ремни безопасности.

+3

10

О, наконец настал тот час, когда Росситер впервые увидел в глазах своего психиатра проблеск психоделической мысли и искру поддельного интереса к происходящему в кабинете!
Обычно взор Андраса был подернут легкой дымкой тщеславия и полон абсолютной индефферентности к большим и малым нуждам своего пациента.

Глядя на то, с каким сладострастием психиатр размахивает чем-то блестящим, весьма отдаленно напоминающим часы, и поигрывает кожаной инкрустированной сбруей, снятой с павшей в последнем забеге лошадки, Шах подумал:  напрасно он не согласился на одиночное заключение в тюрьме Виспершира , предложенное ему констеблем Лекстоном Корхом в наказание за неуплату парковочных штрафов. Тогда, по крайней мере, он избежал бы совершения другого, более тяжкого преступления: ограбления банка. Да и кормили в участке гораздо лучше, чем здесь. И тюремные нары показались бы пуховой периной по сравнению с кушеткой, продавленной телами бессознательных пациентов.

"Великие архонты!" – подумал Росситер. – "Зачем я сюда пришел, а ведь были предвестники беды, были!"
Сегодня Шах битый час прождал своей очереди к кушетке. Больные потянулись косяками как обезумевшие во время нереста лососевые . Такой аншлаг Шах видел впервые. Обычно каждый приходил строго в указанное Херрингом время , чтобы случайно не встретиться с собратом по несчастью. Но то ли у жителей началось сезонное обострение, то ли Херринг особенно удачно прорекламировал свои услуги в средствах массовой дезинформации Виспершира, только у дверей кабинета собралась толпа , из которой то и дело слышались крики "Умоляю! Пропустите с острой душевной болью!" Или "Душа горит, пшел вон от двери, псих!"

Кеннет , конечно, не участвовал во всем этом безобразии. Он окинул собравшихся невротиков и психотиков высокомерным взглядом VIP-клиента и удалился в теплый угол приемной, поближе к масляному обогревателю, где и задремал,  прикрыв  лицо старым номером журнала "Популярная психиатрия", на выцветшей обложке которого красовалась фотография Херринга с цитатой поперек груди : "Ваше психическое здоровье- в надежных руках" Именно этот номер и навел демона на психиатра, когда Шах случайно обнаружил его (номер) на распродаже архивов сумасшедшего дома. Он всегда приносил журнал с собой , чтобы поговорить об этом, но как-то все удобный случай  не подворачивался, а журнал тем временем необратимо ветшал, и через мужественное лицо Андраса на обложке уже пролегли преждевременные морщины.

Подремав немного , Шах открыл глаза и с облегчением увидел, что очередь куда-то  рассосалась. Он подошел к молодой, с ног до головы щедро одаренной природой медсестре, и поинтересовался: "Мисс, можно мне таки войти? И куда девались остальные пациенты?"
Медсестра удивленно посмотрела на Шаха и внезапно растаяла в воздухе. Сначала исчезли ноги от ушей, затем сами уши, и, наконец, подразнив демона своими округлостями, налитые силиконом груди.
Шах  понял, что вчера перебрал либо с успокоительным, либо с возбуждающим, и что все увиденное - плод его воспаленного воображения. Это было неприятно, но еще более неприятно было то, что надо было когда-нибудь рассказать об этом Андрасу. На следующей сессии, или через год, в общем, не торопясь.

Зато сегодня  подвернулся удобный случай обсудить статью. Вытащив из-под себя толстый журнал, который он подкладывал под изгиб позвоночника, чтобы скрыть легкую сутулость, Шах предъявил его психиатру и льстивым тоном поинтересовался:
-Доктор, я давно хотел вас спросить, как получилось, что вы избрали для себя нелегкую психиатрическую стезю? В вашем интервью ничего об этом не сказано. Расскажите немного о себе, пока я побуду в трансе.

Отредактировано Kenneth Rossiter (27.05.13 00:21:04)

+2

11

Существовало как минимум три варианта развязки событий на поступившее предложение от лица (и, вероятно, души) Кеннета.

В первом варианте Франк не купился на льстивые речи своего пациента. Наоборот, он холодно отреагировал на все комплименты и попытки лобзания своих пяток. С решимостью атомного ледокола он заявил Росситеру, что он слишком много на себя берёт, хотя и приятно столь щедрое внимание к ненаучной жизни психиатра. Затем, превозмогая лесть и коварные эпитеты, он благородно скрутил  крепкими ремнями своего подопечного и, наконец, решил положить всему этому конец, продемонстрировав нехитрые навыки гипнозонаведения. "Как-то всё слишком просто. Он даже и не сопротивлялся. Почти."
- Ваши веки тяжелеют, вам хочется спать. Ваше тело наливается свинцом, ваши руки слабеют, а ноги больше не слушаются вас. Голова становится ватной и легко воспринимает только лишь мой голос, - забубнил Херринг, не теряя чувства ритма. Текст он произносил так, будто читал его с бумажки, собственно, так и было. Станет ещё психолог текст учить, вот уж!
- Теперь я досчитаю до трёх. Один. Мир вокруг вас блекнет и исчезает. Растворяется в пучине повседневности и неизвестной серой массы, которая не внушает вам опасений. Два. Вы сидите на неудобном кресле под палящим солнцем. Зонтик от ультрафиолета уносит с ближайшей песчаной бурей. Три. Пустыня сереет и сливается с горизонтом.  Вы спите.
Андрас удостоверился, что Шах полностью отключился, бодро похлопывая по карманам в поисках налички. В одном из карманов его ждал сюрприз в виде купона на бесплатное приобретение жвачки. "Тоже ничего", - прагматично заключил мозг демона.

Во втором варианте Франк купился с потрохами на одно льстивое, но очень лестное замечание. И хоть психоаналитик видел, что Кеннет его просто дурит, оттягивая неизбежное, Херринг не мог не среагировать.
- Хах, вы читали такое старьё? Когда это было.. – Андрас мечтательно закатил глаза, в деталях помня, когда именно это было вплоть до секунд. – То интервью было полной неожиданностью для меня. Я как раз работал над серьёзным случаем бумагобоязни, когда эта репортёрша нагло ввалилась в мой кабинет. Беднягу так и не спасли.
Херринг помолчал на том месте, где полагалось уточнить, кого конкретно не спасли и кто дописывал потом интервью. Поправив волосы и деловито пригладив неровную небритость, Франк погряз в пучину воспоминаний.
- А что же касается столь оригинального выбора... Понимаете, с поднятия на земную твердь всегда в голове блуждают какие-то мысли. Что у наших коллег сверху, что снизу. Меня посетила гениальная идея помогать людям, но, разумеется, корыстно. Платная медицина, платное образование, платные услуги. Это всё так замечательно, что просто глаза разбегаются перед выбором. Выбор пал на психологию, когда страждущий задавался вопросом, является ли его жена ведьмой. Я помог решить эту дилемму, посоветовав спалить всё селение. Красиво горело…
- Но я отвлёкся. Ведь выбор основывался не на платности, вернее, оплачиваемости моего труда. А на приобретении красивых безделушек на мою заработную плату. Допустим сейчас, я на одной из этих самых безделушек  сижу, - заметил Андрас, любовно протирая своим пальчиком кожаную обивку кресла.
Думать о сеансе гипноза психиатр благополучно позабыл. Росситер умело надавил на небольшое слабое место - и вуаля: Херринг послушно рассказывал о своём обоснованном и взвешенном решении.

В третьем варианте на Виспершир неожиданно падал метеорит, в результате приземления которого никто не выжил, кроме привидений, конечно. Ну и золотых рыбок, которых мама некоего Дарвина спустила в унитаз за минуту и тридцать восемь секунд до этого знаменательного события. Уже направляясь по сточным водам канализационной системы города, золотая рыбка по кличке Пупс неожиданно пришла в себя. Оценив окружающую обстановку как «выше ожидаемого», Пупс безвременно почил, отравившись водами, текущими от Универсального Завода по Производству Всего. Так что, пожалуй, да, никто не спасся.

А теперь, когда были озвучены все три варианта, делайте ваши ставки, господа!
Так как первая теория была слишком фантастической, то господа, поставившие на неё, автоматически проиграли.
Выиграли же те, кто поставил на вторую версию. Да так всё и было, чего греха таить?
Приверженцам третьей теории рекомендуется пройти диагностику с Франком. "Наша диагностика - самая лучшая диагностика в мире!"

+3

12

Демон поплыл. По укачивающим, ласковым волнам гипнотического транса, под монотонное бормотание психиатра.

Деньги... Деньги... Деньги... - слышалось откуда-то из прекрасного далека, куда, по всей видимости и слышимости, удалялся психиатр.

"Откуда он узнал, что деньги- это наше все?" - лениво удивился Шах. - "ведь я ему об этом никогда не рассказывал"
Но вообще-то в данный момент ему все было фиолетово: фиолетовой дымкой затянуло и кабинет, и ширму, и призрачную фигуру Андраса.
Двери сознания демона с жалобным скрипом отворились и он ступил на усеянную препятствиями королевскую дорогу к видениям, бесперебойно выдаваемым на гора из шахты его подсознания
Демону приходилось взбираться на монбланы из памперсов и преодолевать баррикады из ночных горшков.

"Хотя нет, когда я родился , памперсов еще не было , - соображал ставший вдруг ребенком  Кенни.  - и жрецы тайного ордена Втулки, выпестовавшие меня ,  не знали о том, что маленьким демонам нельзя ставить такие большие клистиры! А, понял! Это же сгущение, о котором так много говорил старина Фигмунд, на лекцию которого я случайно заскочил по пути из борделя в Энскую оперу. " Тогда демону действительно пришлось несладко: в борделе был санитарный день, а в опере отменилось выступление знаменитого контр- тенора Херанетто из- за болезни перетруженных горловых связок. По счастью, на пути демона встала афишная тумба с анонсом лекции доктора общей и частной физиопатологии Фигмунда Дредда. И демон пошел туда. Лекция удалась: доктор размахивал указкой, стучал лакированным ботинком по спинке ассистентки, вызывал на сцену всех желающих поучаствовать в живых картинах на тему "Я, Оно и все желающие" . Зрители в зале рыдали, стонали, кричали: лежа и стоя, сидя и вполоборота, группами и поодиночке. Такого накала страсти на скучной академической лекции Шаху не приходилось видеть никогда. "Зачет!"- мысленно выставил он оценку доктору Дредду.
И вот в тот самый момент, когда он вспомнил, гипнотическая сила Херринга стала ослабевать и вконец затухла.
Шах был грубо вырван из сладкого плена гипноза и возвращен в мир продавленных кушеток и тестов Близнека
-Доктор!- закричал он! - вашу маму, доктор! Я вспомнил!"
И он бросился на грудь своего целителя , обливаясь слезами нестерпимого счастья.

Отредактировано Kenneth Rossiter (02.06.13 20:29:23)

+2

13

Больной и, возможно, о, только лишь возможно, но очень даже не исключено, душевнобольной Кеннет, кажется, отходил. Куда – спорный вопрос, но Херринг мог с гарантией заверить, что в дебри подсознания, где на нестриженых газонах резвятся потаённые желания, а за ними по пятам следуют охотники из отряда «Совесть».
Неожиданно подопытный подал признаки жизни, грозно замахал руками (явно в поисках чужой шеи), забарахтался, будто тонул, резко успокоился и безмятежно распахнул очи, чем несказанно взбудоражил воду, стоявшую в чайнике.
- Зачем вы вспомнили мою мать? – сконфузившись, поинтересовался лекарь душ, с любопытством стирая защитный код на лотерейном билете. Опять выигрыш был минимальный на столько, что не хватало на ещё пачку таких же билетиков, гора которых уже лежала по правую руку от Франка. И нет, он не ходил во время сеанса на улицу за этими самыми билетами, не подкупил очередь за ними и совсем уж нет то, что он возвратился в свой кабинет как ни в чём не бывало.
- Мою мать вспоминать будем на другом сеансе, на вашем же, мы пытаемся вспомнить Вашу мать. И всех остальных родственников, вплоть до пятого колена, если в этом, конечно, есть необходимость, - всё так же сокрушённо отзывался Андрас на единственный вопрос от Шаха. В это же время он стирал ещё одну защитную полосу и опять почти разочаровывался в своём невыигрыше.
- Что же касается моей мамы… гм, я предпочту обойти этот вопрос стороной. Да прекратите же вы меня обнимать! – повысив голос (немного), заметил Франк на все эти обжималки, за которые денег не платят. Это, возможно, и замечательный рекламный ход, но тогда нужно преодолевать лёгкое отвращение к обниманию с мужиками, которые даже не нравятся. Не то, чтобы так сильно, но просто Росситер был крайне нейтральным на общей шкале впечатлений от впечатлительного психиатра.
- Вернитесь на кушетку. Раз уж заговорили про мать, выкладывайте, что вам удалось вспомнить.
Херринг с сожалением посмотрел на непочатую гору лотерейных билетов и, тяжело вздохнув, но очень тихо, вернулся всем своим естеством к своему подопечному и приготовился внимательно слушать и записывать. Особенно записывать. Демон очень любил записывать информацию, касающуюся исключительно его пациентов. Делать все эти заметочки, пометочки, ставить закорючечьки и отмечать крестиком тех, кто уже был использован в чём-то. Так что записи психоаналитика скорее компромат на него самого, а не на приходящих изливать душевные муки.
"При чём здесь Лилит? Почему она всегда причём? Какая у неё связь с Шахом? И что это всё означает? Этого Росситера нужно утилизировать по назначению. Например, заверить, что устроить бойню в полицейском участке - самое оно. Или, что съев тысячу шоколадных батончиков, а потом запив их разбавленными химикатами, он вспомнит своих родителей... Хм, интересно, конечно, но тогда я потеряю такого хорошего клиента!" На лице Херринга, прямо в области лба, дрожала коррумпированная жилка, которая лихорадочно придумывала, куда можно сплавить Кеннета и при этом отлично покататься за чужой счёт.

+2

14

-Я всегда знал, доктор, что вы меня недолюбливаете, - обиженно процедил Кеннет, смахивая с пиджака последнюю фальшивую слезу, которую ему удалось из себя выдавить. – И недолечиваете. Что я вам такого сделал?! А маму мне вспомнить не удалось - так, промелькнуло что-то, и исчезло. До мамы нам еще работать и работать...Зато я прекрасно помню, что вы выходили из кабинета во время сеанса, - мстительно соврал он, прожигая испытующим взглядом пачку лотерейных билетов, которых явно не было до того, как Психиатр погрузил его сознание в пучины транса.

Убедившись, что ни один из билетиков его мучителю дохода не принес, Шах немного успокоился: была все-таки и на этом свете справедливость!

-Неужели, доктор, вы, с вашим-то опытом, верите в удачу? Неужели лохотрон вам дороже моих денег, которые вы так бессмысленно спускаете в погоне за иллюзорной прибылью? Если хотите подзаработать, повесьте лучше красные трусы на люстру - это приманивает духов удачи и денежных божков. Весь Виспершир об этом знает, а вы все по старинке трете спинки лотерейным билетикам. И люстру, кстати, тоже перевесьте в другой угол, сейчас она у вас не по фаншую свисает.

Про фаншуй демон знал все : недаром просидел испытательный срок в одиночной келье монастыря МаодаоДзюдзен в горах Тань-Маня за изгородью из колючих кустов, шикая и медитируя на таракана, ежедневно выползавшего из дверной щели, чтобы поесть крошек от монастырской баланды. Даже монастырская татуировка сохранилась и не выцвела за долгие годы свободной мирской жизни: пара карпов, символ удачи и долгостояния, а также и зодиакальный знак: согласно учению зооастропсихологии, Шах считал, что родился под созвездием Карпов- близнецов в год Питона, и вот оттуда у него и были такие залежи фантазии, вдохновения и сакральных знаний.

"Интересно, а под каким знаком родился Андрас?" - внезапно заинтересовался Шах. - "Может быть, дело в зооастропсихологической несовместимости? Вдруг он появился с того света на этот под знаком Боа-констриктора, или, что еще хуже - под созвездием Слабозубого Тигра или Мустанга-иноверца? Как же я раньше не спросил!" - сокрушался демон, - "А теперь и неудобно как-то, вдруг неправильно поймет, сделает неверные аналитические выводы..."

-Доктор, а когда у вас день рождения? - завел вопрос издалека Шах, - очень хочется вас поздравить! У меня в ломбарде лежат пять сотен лотерейных билетов отыгрыша прошлого года. Все с нетронутыми спинками.  Хотите, подарю?

+1

15

Лицо Франка слегка перекосило от испытываемых эмоций. Он открыл рот лишь однажды и то только затем, чтобы кислорода хватило. После поглощения воздуха ещё одним способом, рот снова закрылся, а брови медленно поползли вверх от удивления. Самообладание вернулось довольно быстро, избив остальные чувства по отношению к Росситеру. Скучающая безмятежность от познания мира вновь вернулась на мордашку демона, сближая если не духовно, то психологически с монахами, девиз которых: "Всё тленъ".
- Что вы, я люблю каждого своего пациента, - "но больше деньги", - И они мне все дороги как память. Недолечиваю? Что вы. Это у вас от нервов, психоз, так сказать. Паранойя на почве недолюбливания со стороны окружающих. А это уже симптомчик.
Херринг просто светился от излучаемого добра в диапазоне, в котором обычно облучает радиация и намекает вашим органам и коже, что им конкретная хана. Если же убрать слой радиационных порывов доброты, которые с завидной периодичностью пульсара омывали несчастных присутствующих, слой дружелюбия из вязкого жидкого азота, засасывающий и охлаждающий до состояния нестояния, и слой щедрости из огромной чёрной дыры, от которой невозможно было спастись, то в целом, Андрас оставался безжизненным и неактивным ядром затухающего солнца. Опустив остальные забавные астрономические сравнения и метафоры, можно сказать, что психиатр был так же безобидно опасен, как и крокодил в ванной, особенно, если перед этим намекнуть рептилии, что она занимает слишком много места и моется слишком долго.
- Удачу? Хм, кто вам такое сказал? И существует ли удача на самом деле? – почти что лукаво, риторически вопросил демон, загадочно улыбаясь. - Меня не интересует выигрыш, меня интересует получение удовольствия. Дело не в деньгах. Дело в том, на что они тратятся. Вам ли это не знать, месье Кеннет. Прибыль нужна лишь для получения удовольствия. И чем больше счастья нужно, тем больше нужно вложить. Стандартный закон сохранения энергии под пунктом одиннадцать дробь восемь.
И Херринг ведь совсем не врал. Ему действительно нравилось тратить деньги на красивые и функциональные безделушки. Желательно, что бы игрушки были очень дорогими и не каждый мог себе их позволить. Или были такими, что они находили свой дом только в лице Андраса, а остальным доверительно показали язык.
"Кажется, этот пройдоха опять что-то задумал. Вон, какой мыслительный процесс развернул, я даже отсюда ощущаю вращение колёсиков в его мозгу. Интересно, а в его сером веществе есть колёсики?" Франк задумался о феномене инородных тел в головном мозге, которые бы помогали быстрее думать. Тут же в памяти всплыли пятнадцать жертв исследований, черепная коробка которых была раскрыта и свидетельствовала лишь о наличии вещества, напоминающего по форме брюссельскую капусту. По вкусу это была скорее протухшая колбаса из собачки. "Или из лошадки? Никак не вспомнить."
- Вы так щедры, - счётчик эмоциональности показывал, что больной скорее мёртв, чем жив. – Хм, думаю, вреда от этого большого не будет, если я скажу. Двадцать девятого февраля я пришел с нашего основного места работы на это место. Если же пользоваться данными местного календаря, то вообще родился я первого января. О, я догадываюсь, зачем вам нужна дата.
- Увлекаетесь гороскопами? – невинно поинтересовался Франк, понимающе улыбаясь, - Видите? Не у меня одного есть маленькие нюансы в этой человеческой жизни, так что не вам упрекать меня.

+1

16

Увлекаетесь гороскопами? – спросил Херринг, плотоядно улыбаясь.

Это был вопрос, на который Шах не мог дать однозначного ответа. Гороскопы публиковались на странице «Висперширского шепота» рядом с колонкой смертей и свадеб, поэтому демон поневоле бросал взгляд на предсказания зооастропсихологов.
Например, сегодня там было написано: «Карпы-близнецы, ждите гостей», и он все утро думал, что бы это значило. Кроме нового нашествия клопов ничего в голову не приходило.

Но услышав дату рождения своего психиатра, Шах похолодел. Такой полной, всеобъемлющей и потому пугающей совместимости он еще не встречал на своем тернистом пути общения с лекарями душ. Она как бы намекала на то, что звезды благословили их с Херрингом полупрофессиональный союз, и что они будут лечить друг друга долго и счастливо, пока в один и тот же прекрасный день не залечат до смерти. Но поскольку демоны бессмертны, получалось, что их деловое партнерство будет длиться вечно. «Столько денег я никогда не заработаю!» - чувствуя приближение нового панического приступа, подумал демон.

«Зачем я спросил?!» - в отчаянии упрекал он себя.
И уже в обвинительно-карающем духе переспрашивал: «А зачем он ответил?!»
«В этой человеческой жизни…» - сказал психиатр, натолкнув демона на решение проблемы. Обмен телами! Да, именно, надо обменяться с кем-нибудь из смертных телами и подсунуть психиатру новое тело вместо своего старого. Да так, чтоб он и не заметил подмены.

Правда, свое, пусть и дряхлеющее, вместилище души, Шах очень любил. Во-первых – привык за долгие годы пребывания в нем, во –вторых, жаль было расставаться со всеми этими никому не нужными и недолюбленными причиндалами. Демон тихо вздохнул и внизу что-то эхом зазвенело. Но он  тут же призвал на помощь все свое мужество и взял его в руки. Дороги назад не было.

-Доктор, настало время открыть вам страшную тайну. – якобы запинаясь и волнуясь, приступил он к делу. - Понимаете, я всегда завидовал женской ва-вва-агине, просто черной завистью! Ну вы знакомы с этим симптомом, его подробно описала Курвен Порни в клиническом случае «Дело мадам  Биттер-Флай». Я слышал, что в наше время можно изменить пол на противоположный при помощи простейшей операции, которую некоторые  выполняют самостоятельно в домашних условиях. Но нужно направление от психиатра. Вы ведь не откажете мне в такой услуге? Я та-ак страдаю в этом ненавистном мужском теле, до-о-октор!!!! – Шах снова чуть не  зарыдал.

На самом деле он и в мыслях не держал менять пол. Зато собирался найти какую-нибудь пустоголовую милашку и отправить ее вместо себя к доктору, но так, чтобы доктор думал, что она – это он, тяжелобольной под кодовым названием KR – shakh – 1894689/4: это был номер его медицинской карты.* Пустоголовость была обязательным условием подмены : Шах мысленно потирал руки, представив как Херринг (который, надо отдать ему должное, все-таки был умным, настойчивым и проницательным специалистом) годами безнадежно ищет проблеск сознания в пустой черепной коробке своей пациентки. Ищет – и не находит, от этого же с ума сойти можно!
Правда, найти такую замену было непросто, но Шах был оптимистом и его стакан с виски всегда был полон. «Ищите – и обрящете», - этим девизом он руководствовался всю свою жизнь и практически всегда обретал. Правда, в его плане имелся один слабый пункт, но он надеялся, что найдет способ его обойти.

-Да, доктор, - спохватился поциент, - чуть не забыл спросить: вам что-нибудь известно о теории струн? Я спрашивал у всех членов тайного общества роялей, спрятанных в кустах, но они связаны круговой порукой и обетом молчания, поэтому дружно и молча кивают на вас.**




*Цифры на карте обозначают астрономическую сумму, которая уже успела перекочевать с персонального счета пациента на банковский счет доктора. Она обновляется ежеквартально и вызывает нестерпимые головные боли и ночные кошмары у бережливого Шаха.
**Струнный вопрос, хотя и странный, но очень важный.

Отредактировано Kenneth Rossiter (19.06.13 16:16:00)

+2

17

Франк с грацией статуи Карлика Водоносского молча наблюдал за мысленными метаниями своего пациента и даже не думал мешать. Времени ещё было очень много в распоряжении, а шоу обещало быть интересным и прибыльным. Уголки губ невозмутимого психиатра дрогнули в ухмылке, ознаменовывая окончательный и бесповоротный укус с большую половину своей жертвы.
- Да? Никогда бы не подумал, - почти не переигрывая удивился Херринг, умудряясь играть роль заинтересованного врача, - Страдаете? Тогда медицина обязана вам помочь! Но есть несколько нюансов. Правильно ли я вас понял, что вы хотите женское тело? Правильно ли я понял, что в душе вы женщина и подсознательно тянетесь к мужчинам, но отрицаете эту тягу? И правильно ли я вас понял, что возможно, очень даже не исключено, в самом ближайшем времени вы станете миссис Росситер? Или, о, простите, как там второе имя вашего избранника? Уверен, у вас будут чудные дети.
С улыбкой свахи-сводницы, обнаружившей приятное неведение своей подопечной и столь завидного жениха, Андрас мягко, но настойчиво продолжил вещать, намекая, что лучше оставить как есть:
- Женская психика крайне нестабильна, будут эмоции, уныние, апатия, желание смерти недругам-подругам и прочее. Так же придётся поменять магазин, в котором вы затариваетесь. О, и ещё кое что. Технически, в физическом плане, вы будете женщиной. Но в метафизическом, вы останетесь мужчиной. А это приведёт к тяжёлым последствиям, ведь вы будете вынуждены делить одну кровать с другим мужчиной и периодически делать детей. Но я думаю, вы справитесь. Раз вы так хотите быть женщиной... Думаю, это решение за вами укрепиться, когда слизкий розовый ребёнок будет вылезать из вашего чрева, окропляя кровью и внутренностями чистые простыни.
- Но вот в чём проблема, ваш избранник будет вам изменять. У вас будет тяжёлая депрессия, которую вы попытаетесь утопить в алкоголе. Или наркотических веществах. Так как у вас остаётся демоническая природа, вам не грозит умереть от передозировки или от беспробудного пьянства. Но тело будет дряхлеть, стареть и умирать. Никакие пластические операции не спасут. Вы заплывёте жиром, станете некрасивой кашёлкой, дряхлой старушенцией с пагубной страстью к мужским детородным органам. Вы этого хотите, Шах? Я могу это обеспечить. Мне не жалко помочь хорошему человеку.
Херринг светился как стоваттная лампочка. Если бы он был из четы ангелов, то сейчас бы прорезался нимб где-то над головой, а акустическое эхо помещения, пропевало бы сейчас "Алилуйя!". Однако, Франк был демоном до мозга костей, поэтому если что сейчас и пело, так заунывно про слоника, который попал в ад.
- О, - только и смог ответить дипломированный и номинированный на Оскал специалист, - О.
В это возгласе без всякой эмоциональности, просто как подведение скучных итогов подтасованных еженедельных выборов президента читального клуба, слышалось безразличность и лёгкое раздражение к происходящему. "И надо же было мне этим гадам обеспечивать лечение от мании преследования. Нужно было сказать, что утонув, их никто не найдёт. А, подождите. У них была долгосрочная программа "Концы в воду". Сыграть в утопленников они должны были вчера-сегодня."
- Теория струн гласит, что в один прекрасный день рояли выйдут на тропу войны, тем самым попытавшись свергнуть своих правителей. И в тот же день, когда последний аккордеон издаст предсмертный стон, а мальчик в женской шляпе пропоёт си-бимоль около десяти секунд и тринадцати миллисекунд, на Виспершир упадёт огромный рояль из созвездия Куста, знаменуя конец света. В течении пяти секунд всё видимое и невидимое пространство начнёт схлопываться и превращаться в портативную жвачку, которая сколлапсирует в бесконечную струну Мобилуса Дзика. Я ответил на ваш вопрос?

+3

18

“Пагубная страсть к мужским детородным органам?» - повторил про себя Шах самую заковыристую фразу из длинного монолога своего душевынимателя и возвел глаза к потолку, пытаясь вспомнить, что же это такое… «Нет, не слышал…» – с огорчением заключил он, недоумевая, как же это он пропустил в своей жизни самое интересное.

Картина его личного будущего апокалипсиса, нарисованная Андрасом, ужасала и поражала воображение.
«Эх, что же я не записывал на диктофон» – посетовал Шах и шевеля губами, стал припоминать по пунктам сценарий страшного суда над его новым телом.

"в душе вы женщина и подсознательно тянетесь к мужчинам" – предположил психиатр
Эту психологическую гипотезу Шах легко опроверг: сегодня утром, находясь в душе, он был мужчиной, и единственное, к чему он тянулся, причем совершенно сознательно, был кусок хозяйственного мыла, которое он предпочитал всем другим средствам гигиены. В процессе помывки у него была возможность проверить, все ли находится на своих местах – и да, все, что нужно, было там, где нужно.

"в самом ближайшем времени вы станете миссис Росситер? Или, о, простите, как там второе имя вашего избранника?"
”Херринг. Франк Андрас Херринг” – чуть не выпалил вслух пока еще мистер Росситер. Разве психиатр не был его избранником? Пусть и в чисто метафизическом, или лучше сказать, платонически-психологическом ракурсе и экзистенциально- финансовом смысле. Но, конечно, связывать себя узами брака с Андрасом он никогда не стал бы. И ни с кем другим тоже. Он вообще предпочел бы остаться старой девой, чтобы избежать напрягов и потуг родильного стола. Это уже относилось к пункту №4, но в изложении психиатра этот пункт был так натуралистически кошмарен, что Шах моментально включил избегание и отрицание на полную мощь в тысячу ватт и вытеснил п.4  в глубины подсознания. Он очень боялся крови! Но не мог же он признаться в своей фобии психиатру! Поэтому он заметил:
-Ничего страшного в этом не вижу, доктор. Почему это вы считаете, что никакие пластические операции не спасут меня от кошмара деторождения? Я попрошу хирурга  о дополнительной услуге: во время перемены пола зашить мне это самое...чрево суровой хирургической нитью. 

"эмоции, уныние, апатия, желание смерти недругам"  - все это уже и так в чуть более чем полном объеме присутствовало в жизни старого демона, а иначе зачем бы он ежедневно приходил и ложился на кушетку?

"ваш избранник будет вам изменять" – вот к этому пункту надо было присмотреться попристальнее! ”Это с кем же вы мне изменяете?” – хотел было возмутиться Шах – “Вы что, принимаете других пациентов в мое отсутствие? Вы разрешаете им ложиться на эту самую кушетку, еще сохраняющую тепло моего тела? Чего вам не хватает, скажите на милость? Разве я не прихожу сюда каждый день и не оставляю на углу вашего столика одну и ту же крупную сумму денег в качестве оплаты за ваши услуги? Не ожидал от вас подобной ветрености, доктор, вот уж не ожидал!
На самом деле, единственное, что его по-настоящему пугало – это грудь. Не в том смысле, что женские груди ему не нравились – как раз наоборот, очень даже, и чем больше они были, тем больше они ему нравились. Но представив, сколько денег придется выбрасывать на кружевную упаковку для этой самой груди, демон содрогнулся и почти решил отказаться от затеи с переменой пола.

Разбирая по пунктам все отговорки, которыми Андрас хотел прикрыть свое нежелание помочь поциенту, Шах совершенно упустил из виду рояль в кустах. А ведь именно за этим он и явился сегодня: чтобы разобраться в струнной теории! Ему было стыдно за свою тупость, но все же он не мог просто так встать с кушетки и отложить выяснение главного вопроса своей жизни до следующей сессии – он бы не выдержал в неведении еще 24 часа!
Поэтому он спросил:
-Доктор, про жвачку я понял, но все остальное слишком сложно. Не могли бы повторить еще раз?

+2

19

Психолог рисовал деревце. Оно получалось кривым, с оперением страуса, с множеством внимательных и добрых глаз и руками, как у Помело Унтерсон. Чтобы полностью погрузится в рисунок, Андрас делал выноски на определённых элементах и подписывал их. Например, оперение заслужило краткого, ёмкого и, главное, понятного описания: "Сугубо острый символизм отрешённости бытия, невозможности внимательно слушать посторонние шумы, вслушиваться в белые, серые, синие, зелёные шумы, категорическая неприязнь к окружающей обстановке и сложная завуалированность гиперболических интоксикаций абсорбентов инногуляции."
- А чем вы в туалет ходить будете? - бескомпромиссно отрезал Франк, пользуясь вопросительными формами, как острым ножом. - Или тоже здесь поможет всемогущая хирургия? Сомневаюсь. Пока лучше матери-Природы никто не придумал.
При каких тут делах была мать-Природа - сказать трудно, но Херрингу показалось, что использование подобных словечек должно хоть как-то отрезвить зарвавшегося Кеннета. С обыкновенными человечками обычно данный трюк срабатывал, а вот с необычными... Половина стакана за то, что сработает, другая - не сработает. Верное познаётся в сравнении, верно?
"И чего ему неймётся? Хоть бы был последователен в своих желаниях... О, золотая рыбка! Нужно будет зажарить её под подсолнечным маслом." Франк не переставал улыбаться, взирая на своего подопечного. В улыбке пряталась тень страшного грядущего, намекающего в который раз, насколько всё будет плохо. В тени от тени грядущего пряталась робкая надежда, что горькая чаша будет испита всеми и в полном объёме.
Росситер перерабатывал информацию и, кажется, придумывал, что бы ему ещё такого придумать, чтобы поставить психиатра в тупиковое положение. Психиатр же хотел занять вертикальное положение в горизонтальной плоскости и самолюбоваться до следующего утра в присутствии каких-нибудь милых дам.
- Объясню проще. В один прекрасный день, когда мальчик в женской шапочке пропоёт на пониженных тонах десять секунд и тринадцать миллисекунд, а аккордеон (оставшийся в гордом одиночестве, так как его сородичи исчезли с лица Виспершира) издаст свой последний звук, прежде, чем исчезнет, миру придёт конец и день станет ужасным, потому что город окажется стёрт огромным роялем. В тот же момент всё, что мы видим, начнёт сжиматься до размеров жвачки три на четыре со вкусом клубники. Что же касается струны, то жвачка, в которую смялся мир, начнёт растягиваться и удлиняться до бесконечности. Не будет вселенной, будет лишь Пустота и бесконечно длинная жвачка. А Мобилус Дзик - светила тайного ордена, высчитавший погрешность удлинения нашего мира после конца света. Погрешность гласит, что жвачке не хватит пары микрометров, чтобы соединиться с самой собой, чтобы вновь возник мир и всё, что его окружает. Так что да, это полный конец.

+2

20

Шах уже давно заметил странную апатию психиатра. Тот скучал, ерзал в кресле, опаздывал на сессии, обмахивался денежным веером и вообще выказывал все признаки умственного утомления и душевного расстройства. А кто бы не расстроился, изо дня в день глядя на муки своего пациента?
Шах пытался найти разгадку этому необъяснимому явлению так же упорно, как и теории струн. Наконец он понял: все дело в том, что они годами сидят в одном и том же месте! Надо пригласить Андраса на  психоделический завтрак в какой-нибудь дорогой  ориентальный ресторан быстрого обслуживания. Там они посмотрят на танцы живота и психиатр поймет, что что был неправ по поводу чрева.
Как раз сегодня он и собирался сделать это в конце сессии, как вдруг:
-Это полный конец, - безапелляционным тоном провозгласил психиатр.

Черт возьми! Он снова ЭТО сделал! Поставил мозги Кеннета Росситера, и без того перекособоченные, в абсолютную и непоправимую позу раком. Но как хорош, подлец! – Кеннет испытал мимолетный приступ восхищения. По крайней мере одна загадка разъяснилась и теперь, после исчерпывающего объяснения психиатра, Теория струн уже не казалась ему такой всеобъемлюще непостижимой как Квадратура точильного круга Великих каменщиков или Косинус тупого угла Бер-Мудского треугольника. Оказалось, что она может растягиваться и сжиматься до бесконечности в зависимости от того, какую пищевую добавку Небесный Кулинар положит в очередную упаковку жевательной резинки. Лично ему нравился вкус кленового сиропа, он напоминал Кеннету о незабываемой неделе, проведенной в северной стране лесорубов, где разгоряченные пивом крепкие парни соревновались на время, кто из них быстрее обработает большее количество стволов. Кеннет был в международном жюри и в конце конкурса вручил победителю большую упаковку кленовых резинок. О да! На кушетке у психиатра ему было о чем вспомнить! Воспоминания всегда приводили Шаха в полное изнеможение. Вот и сейчас в его усталых глазах заплясали кровавые мальчики в лыжных шапочках набекрень. Все они почему-то водили хоровод вокруг большого белого рояля и хором исполняли реквиум-кантату До-диез минор в аутентичной обработке Гунделя и Глюка, знаменуя конец света и очередной сессии психоанализа.

«Как же так? – в отчаянии думал Шах, - я так не договаривался! Я не хочу умирать здесь и сейчас, в присутствии другого демона, который разразится насмешливым дьявольским хохотом при виде моих адских мук»

-Доктор! – взмолился он не на шутку. – Умоляю, потерпите совсем немного! Буквально пара-тройка сотен человеческих лет – и я вспомню все, обещаю! Только не бросайте меня! Не надо меня бросать в глубины коммуникативного мата и паралингвистического дискурса о концептуальных отличиях либидинозных перверсий! Я куплю вам рояль, доктор, и посажу на него собаку-альбиноса! Она будет бегать по крышке рояля, а мы с вами будем играть в четыре руки и жать на нужные педали четырьмя копытами! А я еще умею правильно щипать нужные струны, - похвастался он. -  Я брал уроки пиццикато у самого Поганини, а вы ведь знаете, что это был за дьявол!

+1

21

Глаза Франка, как единицы вполне себе самостоятельные и не по годам развитые, медленно вылезли из своих пригретых орбит. Скорее всего затем, чтобы как следует разглядеть и увидеть Росситера в первозданном, не тронутом, так сказать, состоянии. Но то ли прицел был сбит, то ли глаза слишком сильно вылезли, но психиатр по-прежнему видел своего пациента на кушетке и тот никуда не думал исчезать. Уши, безвольно внимающие всему и каждому, отказывались перепроверять услышанную информацию и вопили что-то об отпуске на сотню-другую лет, мозг, правда, игнорировал любые поступающие к нему импульсы, поэтому ничего не предпринимал.
- Да куда же я вас брошу, - наконец выдал психолог, осмыслив и подгрузив такие дополнения как "Всё что вы не хотели знать, но узнали", "Страшное - явное" и особо любимое "Это карамба! Тысяча чертей!" - Я не люблю музыкальные инструменты, - насупившись подала голос тень отца Гамлета от Херринга. - И рояли не люблю.
Дальше вмешиваться в бурлящий разговорный поток Кеннета было бессмысленно. Как заправский первопроходец, знаток опасных мест в горах и вообще профессиональный, но недооценённый, альпинист, психоаналитик выжидал удобного момента, не желая тратить свои силы на преодоление плотной стены текста. Видя, что словоизлияния, вроде как, заканчиваются, Андрас взял слово, заботясь о возможной лавине со стороны пациента:
- Я не люблю альбиносов. А собак ненавижу. И если вы забыли, то в истинном облике у меня нет копыт.. и ног, если рассматривать издалека. А так, устройство как у местных слизней, просто длинное. Не забывайте, пожалуйста.
- Поганини? - переспросил Франк, морщась в попытке воспроизвести воспоминания, - Может Пагонюни? Я его лечил от мании величия. Такой хороший человек. И так хорошо воображал себя Люцифером. Но не будем о весёлом. Может вы чего-нибудь ещё вспомнили, пока наш сеанс не закончился? Родственников? Любимую.. собаку? Уточку для ванны? Шапочку резиновую? Какую-нибудь мелочь, которая бы позволила вернуться нам в прошлое. Вернее, вам.

+2

22

Может вы чего-нибудь ещё вспомнили? Родственников? Любимую.. собаку? Уточку для ванны? – в который раз попытался выпытать у пациента самое сокровенное (после денег) психиатр.
«Какие родственники! Нет у меня никаких родственников, сколько раз можно повторять!!» - чуть не завыл Шах в отчаянии от того, что уши психиатра по-прежнему невосприимчивы к децибелам его признаний.

Тень Андраса нависла над Шахом как добрый Бука, вылезавший каждую ночь из детского платяного шкафа: она была не просто огромной, но еще и стозевной как собака-мутант из греческих мифов; не тень, а Тень с большой буквы «Т».  В психиатрическом теньке комфортно расположился во главе с черным-черным роялем, щерившим пожелтевшие зубы клавиатуры с  диезами и бемолями кариеса, целый симфонический оркестр из столь нелюбимых Андрасом музыкальных инструментов: скрипок, альтов, виолончелей, треугольников и цимбал. Поганини, облаченный в черный-пречерный фрак, дирижировал какофонией  Т. Рикстера в аранжировке Люси Фера.
По сравнению с Тенью психиатра личная тень Шаха была крошечной, размером не более одного эре. Шах страшно завидовал обладателю такой могучей тени, сам он безуспешно искал свою уже многие годы, но так и не нашел. Возможно, он просто ее не отбрасывал.

И пациент съежился на кушетке в позе эмбриона и понес детский лепет. Он тоненьким голоском закрякал песенку-страшилку про резиновых утят:
-На резиновых утят быть похожими хотят, быть похожими хотят не зря, не зря.
Повторяйте все за мной, все фигуры за одной, повторяйте все за мной кря-кря-кря-кря.
На-ам сего-одня на-адо де-етство во-озврати-ить! Мы-ы тепе-ерь утя-та и как же стра-ашно на свете жить!

Психиатр казался ему теперь большой уткой – папой, и он готов был послушно следовать за ним, как флотилия голодных резиновых уточек следует за надувной уткой –мамой в ванне-джакузи.

Страшная пустота разрасталась внутри Шаха, ее надо было срочно чем-то заполнить: сигаретным дымом, виски, ощущением всемогущества над Андрасом или какой-нибудь иной питательной субстанцией.

-Доктор, - заныл он, - я голоден, мне холодно, мне страшно…. Я хочу выбраться из  Затенья: давайте сходим в этот шикарный ресторан за углом и пообедаем за мой счет. Там подают яйца-пашот с луком-шалот, а в них много селена, фтора, молибдена и других тяжелых микроэлементов, полезных для здоровья тех, кому за тридцать. Я даже слышал, что туда регулярно заходит Его Мэрейшество, чтобы самолично проверить, соответствует ли наполняемость солонок и градус напитков заявленным в меню.
Шах уже давно мечтал убедиться собственными глазами в том, что мэр в городе существует и попросить у него автограф.

+2

23

У Херринга предательски дрогнула челюсть, когда пациент решил стать категорически невменяемым. Он столь реалистично задёргался в конвульсиях и начал имитировать синдром "Спонтанного Пения", что на мгновение-другое психиатр заподозрил саботаж в своих рядах. Шпион, или правильнее лазутчик, вкрался и подкрался, что говорится, сзади, откуда совсем не ждали предательского удара вилкой в спину. Верно же говорит пословица: "Не бойся друга с ножом, бойся друга с вилкой, однако, самый страшный друг - с ложкой." "Ах, шельма! Я же не люблю уточек. Они противно резиновые, противно попискивают и противно.. жёлтого цвета. Откуда ты это всё узнал, Шах? Ничего, я выведу тебя на чистую воду! Только вот съем этот вкусный мягкий французский рулет и выпью кофе... которых нет."
- Вы пропустили куплет, - подала голос робкая Совесть, на что Желание заметило: - Пропойте и его.
Как можно заметить из столь нехитрого общения всех независимых и самодостаточных функций организма, Франк, с лёгкой руки, пустил все свои чувства на самотёк и большинство из них с благодарностью сбежало. В числе перебежчиков оказались такие мифические создания как Вежливость, Сочувствие и Сострадание, а также Доброта, которая была самым маленьким и рудиментарным органом из всех. Зато начали жировать другие чувства, занимая места выбывших. Например, Злорадство, которое уже теснило желудок и печень. Или, к примеру, Жадность, которая кучковалась, преимущественно, где-то в области почек, лёгких и оседала в кишечнике толстым налётом копоти. Однако Лень побила все рекорды и заняла лишь селезёнку. Потому что ей тупо лень. И чтобы не вводить в заблуждение, да, у Херринга есть обыкновенные органы, которые хозяину вообще нафиг сдались.
- Всем нам страшно, - безапелляционно заметил психолог, полируя ногти тестом Блинзека. Автор тестов заворочался в гробу, встал и перелёг в гроб к мисс Блинзек. Получив громко-звонкую пощёчину от почившей супруги, мистер уполз обратно к себе, плотнее закрывая крышку. - Все мы одиноки и голодны... А, да, и бездомны.
Дальше демон слушал внимательно и очень быстро анализировал ситуацию. В кои-то веки у Андраса проявилась способность к телепортированию прямо к выходу из кабинета. Секрет фокуса заключался в бесплатности за чужой счёт, а тут у кого хочешь разовьются сверхспособности. И не надо кусать жука как некоторые недальновидные мальчики, которых стоит упрекать в этом до самых концов времён. Когда же пацан сойдёт в Ад по перилам или взойдёт на эскалатор в Рай, то там его надо как следует загнобить. Ну а что, Монти можно было. (с)
- Ну так мы идём? - подало голос Нетерпение и на него тут же зашикали остальные, - В смысле, вы готовы к прогулке в этот ваш ресторан?

+2

24

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

-Всегда готов! – бодро отрапортовал Шах и тут же проявила себя скрытая доселе Паранойя: - А вы не сбежите по дороге, доктор? Я ведь больной, у меня и справка от вас имеется. Я могу находиться в общественных местах только в сопровождении специально обученного персонала! Вас ведь учили надевать смирительную рубашку на буйных?
После Паранойи на просторах мозга развила бурную деятельность Мания: Шах споро засобирался в ресторан: вскочил с кушетки, отобрал у психиатра тест Блинзека, скрутил его в трубочку и начал торопливо отряхивать с его помощью помятый и запылившийся от долгого лежания костюм. Он всегда находил правильное применение ненужным предметам и вещам – сказывалась обширная практика старьевщика. Осколками бутылок из-под виски он инкрустировал бачок унитаза, отдельными страницами из полного собрания сочинений Фигмунда Дредда в промозглые зимние дни растапливал камин, окурками сигар подкармливал окрестных птиц и кошек. А сколько открытий чудных готовил ему ржавый коловорот, сданный на комиссию отошедшим от дел краснодеревщиком! С его помощью Шах открыл не поддающееся подсчету количество бутылей с марочными винами, в том числе – местного производства. Сейчас коловорот ему был уже вроде и ни к чему, ведь местное вино фонтанировало из скважины во дворе соседской кондитерской, но бережливый демон не торопился выбрасывать орудие труда: ведь оставались еще такие вещи как избавление страждущих от запора и  взлом пустых квартир по спецзаказу, чем демон время от времени подрабатывал, особенно в мертвый для ломбарда сезон: ночью.
Бережливость, Прижимистость и Находчивость – эти Три Сестры делали быт старого демона пригодным для жизни.
Отряхнув костюм, демон с благодарностями вернул останки Блинзека хозяину и принялся тщательно разглаживать шнурки на парадных ботинках. Потом подтянул носки, пересчитал украденную у Андраса мелочь, и, наконец закончив с приготовлениями к выходу в свет, подбежал к двери, распахнул ее и склонился в полупоклоне, приглашая мистера Херринга со всей возможной Вежливостью и Предупредительностью:
-Только после вас, доктор! У вас есть какие-нибудь предпочтения в диЭте или мы прямиком отправимся туда, где бывает мэр?

+1

25

- Да куда я от вас денусь? - риторически спросил Франк и сам подивился вопросу. А действительно, куда он денется от Кеннета? Да никуда не денется от этой суммы денег!
- Не переживайте, всё учтено, всё выучено, вы в надёжных руках, - "А вернее, ваши деньги и капиталовложения. Нужно будет вас признать невменяемым маразматиком и переписать всё имущество на себя. А затем начать расширяться от тепла, которое будет греть меня до конца дней. А ночью так и вовсе будет жарко." Херринг мечтательно прицокнул, ничем не выражая, что сейчас он грезил и грёзы его, мягко говоря, возбуждали. Этакий сладкий ажиотаж от предвкушения скорой победы. Победа была слаще любого сахарного изделия, которое мог изготовить Грэхем. Даже слаще булочек, которые пекла Лилит. "Или она их не пекла? Носочки вяжет, приверженец этикета... да, должна печь."
Андрас, на волнах пьянящей эйфории, проследовал к выходу. Сейчас он был готов простить Росситеру всё что угодно, ну, разве что, кроме кражи мелочи или утаивания секретов о Эклерах или спускание воды в ванне против часовой стрелки. Мелочи, одним словом, а неприятно.
- Благодарю, сэр, - воспользовался моментом Херринг и проскочил вперёд. О рекурсии вежливости он слышал, но предпочитал думать, что это такой научно-популярный миф, призванный ослаблять внимание на внезапное повышение цен на один баррель диванных пружин. - Я предпочту поесть, не думая о последствиях. То есть дома. То есть в одиночестве.
Психиатр, улыбаясь уж совсем нехорошо и недобро сверкая передними зубами, внезапно в который раз? А, да неважно. закрыл дверь перед носом Шаха. И неважно, что Херринг был снаружи, а пациент остался в помещении, которое оказалось закрытым, благодаря ловкости рук, пальцев и связки ключей.
- Вы тут посидите, подумайте, - вкрадчиво проговорил психолог двери, а вернее всем тем, кто сейчас томился внутри. - А я вас завтра заберу. Чуть что, под выход можно обустроить окно. Но прежде, чем вы сделаете экстренный выход в оконный проём, я настоятельно рекомендую вспомнить о своих родственниках. И, желательно, проклясть их. Приятного дня.
Мужчина бережно похлопал по двери и булькая песенку про утят выдвинулся перекусить в этом новомодном ресторане. Надо же опробовать их услуги! Не зря же Кеннет так распинался.

PSы

Думаю это конец. Пока что. Если не хотите конца, я вас вызволю, героически разбивая стену хд

+1

26

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.


Сработало! Шах уже давно мечтал остаться один на один с картотекой доктора Херринга и прочитать конфиденциальные записи в карточках пациентов. Да и свою собственную, исправленную и дополненную помарками психиатра биографию было пролистать не лишне! Прочитать - и уничтожить, чтобы разоблачительные записи не попали в руки случайным людям. А вдруг?

Но сначала он подошел к столу и нежно прижал к груди денежный веер, немного им пообмахивался, вдыхая любимый запах денег, потом аккуратно сложил и засунул под кушетку. На следующей сессии он будет вдохновляться этим запахом и расскажет Андрасу о самом интимном : о своей застарелой клептомании и страсти воровать мелкую монету из карманов лечащего врача. Он даже признается, сколько именно он успел извлечь из белого халата доктора. И вернет ему все с процентами.

Интересно, что же подадут Андрасу в том ресторане, недоброкачественную рекламу которому он только что дал доверчивому психиатру, - размышлял Шах. Ресторан славился своими бытовыми и пищевыми отходами с кухни в стиле "фьюжн". Шах представил себе жаркое из дичи: замаринованные в собственном соку кусочки дикой австралийской собаки динго вперемешку с одичавшими голубями; понадеялся, что из меню еще не убрали блюдо дня - нежное карпаччо из почившей смертью храбрых курицы,  и блюдо от шефа: холодный гаспаччо из помидоров, выращенных в теплицах Виспершира и удобренных последними разработками химического завода под руководством Сами-Знаете-Кого.

Короче говоря, осуществлялась его голубая мечта: провести ночь на кушетке психиатра. А может, и не одну... и не две...в запасе у старого демона была целая вечность.

Отредактировано Kenneth Rossiter (10.07.13 14:19:38)

0


Вы здесь » Задверье » чердак; » Вспомнить всех


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC