Задверье

Объявление

текущее время Виспершира: 24 декабря 1976 года; 06:00 - 23:00


погода: метель, одичавшие снеговики;
-20-25 градусов по Цельсию


уголок погибшего поэта:

снаружи ктото в люк стучится
а я не знаю как открыть
меня такому не учили
на космодроме байконур
квестовые должники и дедлайны:

...

Недельное меню:
ГАМБУРГЕРОВАЯ СРЕДА!



Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Задверье » шляпа специалиста и прочие жизненные истории; » Дело о вождении коляски в нетрезвом виде.


Дело о вождении коляски в нетрезвом виде.

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

Утро, участок, сушняк. Печальные будни для одного, превратности судьбы для другого. И неожиданное начало дня для обоих.
Участники происшествия:Kenneth Rossiter, Leckston Korh.
Место допроса: Полицейский участок Виспершира.

+1

2

Окно участка выходило… да впрочем, не важно, на что оно там выходило, все равно за сплошной стеной снега было ничего не видно. Снег жадно поглощал Виспершир улица за улицей. А где-то в одном из небольших частных домов грела свою чудесную задницу одна обворожительная блондинка. У наглой твари хватило талантов сказаться больной. Вызванный на дом врач, практически припертый к стенке ее крайне выразительным взглядом и не менее выразительными аргументами в количестве аж две штуки, готов был подписать что угодно, вплоть на завещание своего тела науки еще до смерти.
Лексу же поутру был сюрприз, когда его уведомили, что на работу он чешет один. На все попытки объяснить, что он существо теплолюбивое и у него там хвост отмерзнет и отвалится, демону было заявлено, что спирт, который уже давно составляет преобладающий процент жидкости в его организме, не застывает.
А в итоге, жертвой непомерной убедительности Лексовой сестрицы стал владелец ломбарда, неожиданно появившийся из метели на коляске и чуть не сбивший Лекса с ног. Навернувшийся в пути уже три раза, и два из них в свежие сугробы, Лекстон, как и подобает стражу порядка, тут же оштрафовал его за вождение коляски в нетрезвом виде. Характерный аромат витал вокруг нарушителя порядка невидимым эфемерным облаком и вызывал зависть. Лекс утром «успокоительное» принять не успел, и был вышвырнут на мороз без превентивных мер от простуды. А так как единственная, относительно здравомыслящая его часть осталась дома, то и помешать торжеству закона было некому. И как итог, демон уволок свою добычу в помятом лице Кеннета в участок.
И вот теперь заперевшись в комнате для допросов Лекстон с грустью взирал на зимний, с позволения сказать, пейзаж. От пейзажа тянуло экспрессионизмом, ибо кроме бело - серых разводов ничего разглядеть не удавалось. Вздохнув, демон перевел свой печальный взор на Кеннета.
- Вождение транспортного средства в нетрезвом виде. – сурово постановил офицер Корх. И да подавится паленой водкой тот, кто скажет что коляска не транспортное средство. Для не опохмелившегося с утра демона, собака привязанная к детским санкам уже транспорт требующий регистрации. Впрочем, в обращенных на мужчину черных глазах мелькнула надежда. В то, что ему скажут что-то по делу, Лекс не верил. Зато была надежда узнать много нового и неожиданного. И возможно даже почти по делу. - Ну, и что Вы можете сказать по делу?

+1

3

А что я могу сказать по делу? - искренне удивился про себя Росситер.
Никакого дела у него к патрульному не было, в этом он был уверен так же твердо, как и в том, что солнце всходит на востоке Виспершира.

Сегодня их жизненные пути пересеклись совершенно случайно, впрочем, Кеннет, со свойственной ему паранойей подозревал, что Корх давно за ним следил и только искал случая, чтобы к чему-нибудь прицепиться. Обычно Кеннет ходил пешком. Коляска оказалась в его хозяйстве благодаря дюжему санитару из дома призрения, привезшему сдать ее в ломбард вместе с сидельцем. Кеннет потратил битый час, объясняя клиенту, что не может принять на комиссию пассажира , поскольку в этом случае его обвинят в нарушении международной конвенции 1952 года между владельцами ломбардов и обществом колясочников. В конце концов санитар, недовольно бормоча под нос ругательства, от которых у демона чуть не завяли уши, забрал деньги и квитанцию и убрался с поля битвы, таща на себе обезлошадевшего ездока. Естественно, он не заметил, что Кеннет при помощи своего дара экспроприировал выданные за товар деньги и переместил их в кассу ломбарда.

Очумевший от долгого препирательства,  антиквар почувствовал, что ему необходимо принять успокоительное : на два пальца чистого виски.
Укрепившись таким образом духом и телом, он трижды обошел вокруг коляски, любуясь плавными линиями ее колес и изгибами ручек.

Пора было идти на ежедневную сессию к психиатру, давно пора, а из-за долгого спора с санитаром Кеннет безбожно опаздывал. Поэтому после недолгого раздумья он решил сократить время пути, воспользовавшись столь удачно появившимся у него средством передвижения.

И надо же было ему нарваться на патрульного Корха! Этого служителя закона Кеннет знал давно: тот постоянно цеплялся к нему по всяким не заслуживавшим внимания мелочам: последний раз «дело» было раздуто из-за того, что Кеннет накормил парижской зеленью  подвальных крыс.  Как Кеннет ни доказывал, что крысы были вегетарианцами, Корш все же оштрафовал его за жестокое обращение с животными. Вот и сейчас Кеннет шестым чувством ощущал волны недоброжелательства, накатывавшие на него как цунами со стороны патрульного.

Решив, что добрый мир лучше худой войны, он сначала попытался польстить своему заклятому врагу и по мере сил разжалобить его черное сердце.

Офицер, - сказал он, хотя невооруженным глазом было видно, что до офицера Корху еще служить и служить. – Я не понимаю сути ваших претензий. Вы видите перед собой несчастного инвалида, который спокойно, никого не трогая, ехал на прием к своему лечащему врачу (насчет врача Кеннет не погрешил против правды), - Из-за вашего вмешательства я пропущу прием терапевта и лишусь положенного мне по закону рецепта на бесплатные лекарства. И Кеннет рукавом утер навернувшуюся слезу.

+1

4

Лексу невольно вспомнилась старая Висперширская поговорка, возникшая из-за любви прошлого мера к публичным выступлениям и неспособности долго стоять за трибуной. Народная молва по этому поводу разродилась: «Идет направо песнь заводит, налево сказки говорит. Там чудеса, там мер наш бродит и секретарь его сидит». Стоило бы заподозрить Кеннета в близкой дружбе с этими двумя персонажами. По крайней мере, Лекса он не разочаровал, ответив на все претензии  отповедью в духе индусских гастарбайтеров мол «сами мы не местные, голодаем».
- Вы видите перед собой несчастного инвалида, - Вещал мужчина с завидной выдержкой игнорируя судорожный кашель Лекса, который на этом месте просто подавился воздухом и теперь взирал на жертву полицейского произвола с немым укором.
- Сомневаюсь что на ваше «лекарство» выдают рецепты. – Пробубнил себе под нос демон, снова недобрым словом поминая метель, сестрицу и непомерную порядочность граждан. Последнее проистекало из первого. Даже конченые маньяки в такую погоду предпочитали сидеть дома с чашечкой крепкого кофе с коньяком. Тем подозрительнее становилось поведение мистера Росситер. Хотя возможно это просто скука и черная зависть.
- Тем не менее, вы нарушили общественный порядок, а если бы вас вынесла на дорогу? – Лекс мечтательно улыбнулся, представляя возможные последствия. Особенно ему импонировал длинный кровавый след, размазанный по дороге и падающий с неба белый снег. – Или сбили бы кого-нибудь. Собственно меня вы уже сбили. Кстати, - демон встрепенулся и честно попытался вспомнить -  есть какие-нибудь правила о перемещении по городу на колясках?
Вспомнить не получалось. Все же как тяжело, когда мало того что не знал, так еще и забыл. Хотя кому все это надо? Лекстон уже вполне отогрелся после улицы и был почти добрым. Пожалуй, сегодня он даже не будет штрафовать Кеннета. В конце концов, тот послужил достойной причиной не морозить себя любимого где-нибудь в патруле. Правда, по этой же причине отпускать его было пока нельзя. Зато можно потрясти, вдруг полиция просто чего не знает. Вернее не знает она в любом случае много, иначе Лекс бы уже давно отправился в палату для буйных, но сейчас ведь не о нем. Достаточно было вспомнить, как демону пришлось спасать бедных городских крыс от одного буйного диетолога. Был ли это маразм, или сезонное обострение так и осталось непонятым, но случай говорил о много. Об очень многом!
Демон  одернул рукав фирменной рубашки и впился в свою жертву взглядом голодного цербера.
- Не рассказывайте мне сказки мистер Росситер. Я вообще не понимаю, почему вы до сих пор на свободе, но уверен, что это недоразумение стоит исправить.
Закончив свою краткую на эмоциональную речь, демон сонно зевнул и почесал рыжую макушку, в пустой попытке простимулировать мозг.

+1

5

Надо было настаивать на присутствии авокадо,- с запоздалым сожалением подумал Росситер, услышав о том, что он ЕЩЕ на свободе. Но сейчас было уже поздно : он сказал слишком много такого, что Корх при желании мог использовать против него. Однако надо было потянуть время и чем-то занять свои трясущиеся от старости, беспокойства и абстинентного синдрома руки.

Росситер всегда носил с собой черную записную книжку, в которую несимпатическими чернилами записывал порочные факты из биографии и черты характера всех попавшихся на его пути демонов Виспершира. А что? Память-то была давно не девичья, маразм крепчал как мороз на улицах города.

Лекстон Корх давно попал в черные списки Росситера.  На основании своих наблюдений из прошлых встреч в участке, Кеннет до жути аккуратным каллиграфическим почерком записал в книжицу:

Патрульный констебль Л. Корх.
1. Демон.
2. Рыжий.

Сегодня список пополнился новым обличительным пунктом:

3. Правил не знает.

Все манипуляции с книжечкой и перьевой ручкой Кваркер он произвел на глазах у патрульного, нисколько не смущаясь : чернила в ручке были невидимые.

-Не волнуйтесь так, молодой человек, - тоном доброго дядюшки промурлыкал Кеннет, -  стволовые клетки не восстанавливаются. Правила управления гужевым и тягловым транспортом разрешают перевозку лиц не достигших ясельного возраста, в колясках. Вот женитесь, обзаведетесь детишками – и поймете, что я прав. Нет такого младенца, которого бы не возили в коляске, а я, если вы еще не успели заметить – беззащитен и невинен как младенец перед лицом полицейского произвола. Поэтому автоматически получаю право на личную коляску в черте города. И на чашку кофе с коньяком, - тонко намекнул он патрульному на неписаные правила гостеприимства.

Кеннет Росситер, как это случалось с ним  не раз и не два, знал, о чем говорил, ведь он нежно любил не только животных, но и детей. Настолько, что никогда не заводил ни тех, ни других из опасения, что питомцы не выдержат суровых демонских побудок, спартанских условий нежити и микро-хаотического питания.

Однако века проходили мимо,  Кеннет не молодел и мало-помалу начал задумываться о том, чтобы усыновить сироту: нужен был кто-то, кто подал бы старому и немощному демону стакан огненной воды. Однако очередь на усыновление сироток демонического происхождения растянулась на годы вперед. В последнее его посещение социальной службы, ему выдали номер шестнадцатый, а он прекрасно был осведомлен, что агентство по усыновлению отдавало нуждающимся в уходе приемным родителям по одному ребенку в год. Не то чтобы Кеннет куда-то торопился, нет – у него была уйма времени, практически вечность, но все же купить меньшого брата было и проще, и быстрее.  Поэтому вопрос с усыновлением Кеннет временно отложил на будущее, а пока подумывал о покупке игуаны.

И вот внезапно, как кирпич на голову ему свалилась идея усыновить этого юного многообещающего демона. Конечно, отсутствие надлежащего воспитания  так и бросалось в глаза, но задатки у него, несомненно, были хорошие, и под чутким руководством Росситера он мог бы превратиться в настоящее исчадие ада. В этом случае Кеннет с чистой совестью передал бы ему свой пыльный бизнес, который, если честно, ему самому до чертиков надоел: ломбард с просроченными квитанциями и лавку со всем ее древним содержимым.

К сожалению, Кеннет не удосужился заранее навести справки о семейном статусе Корха : возможно, его родители жили где-то неподалеку и даже не были лишены родительских прав. В этом случае вопрос об опекунстве отпадал. Но попытка – не пытка. Пытки еще впереди,- решил демон, по наслышке зная о методах допросов подозреваемых, принятых в подвалах полиции Виспершира.

И Кеннет начал издалека.

-Сынок, - с отеческой фамильярностью спросил он юного Корха, -  как здоровье вашей матушки?

+1

6

Лекс обиделся. Нет, он оскорбился. Можно смириться, когда тебя называют человеком люди, существа непросвещенные и дикие в своем желании верить собственным глазам. Но демон! Демон, назвавший другого демона человеком. Это ли не оскорбление? А дальше - хуже. Кеннет начал его запугивать! А ведь у демонов лжи такая богатая фантазия, бурная, пожалуй, даже буйная. И Лекс, внимательно слушавший задержанного, тут же представил себе детей и содрогнулся. Потом он представил СВОИХ детей и ему срочно захотелось выпить. Он даже понял всю мудрость своего отца, который предпочитал не вспоминать о своих многочисленных потомках, пока те не достигнут определенной степени разумности. Неизвестно чего добивался своей прочувственной речью Кеннет, но определенного результата он все же достиг, к ее концу у Белиала уже дергался глаз.
Но, не зря хитрость и изворотливость демонов вошла в легенды. А особенно их таланты к манипулированию. Волшебным паролем прозвучало такое знакомое, практически родное словосочетание и мир урожденного дитя ада возродился прежнем безумным пламенем.
- Кофе. Да, определенно кофе. – Покивал демон, не замечая, что говорит это вслух. – Кофе с коньяком. А еще лучше коньяк с кофе.
Рыжее пятно хаотично заметалось по помещению. Несколько раз хлопнула дверь, Лекстон все же ненадолго покинул комнату для допросов. Того что Кеннет удерет, он не боялся. В конце концов где того искать было известно, а еще искать его все равно было бы лень и не имело смысла. Зато на стол в итоге опустились две чашки по стандартному рецепту: две ложки кофе на чашку коньяка.
Метания по отделению все же успокаивали больше сидения на месте. Особенно этому способствовали последствия этих метаний, для всех кого угораздило оказаться в участке. Кажется, он кого-то уронил, наступил, облил и пихнул. И все совершенно случайно. Лекстон с ними даже здоровался и извинялся. Хотя многим его коллегам своей порции неприятностей удалось избежать. Опытные полицейские исчезали с пути рыжего цунами буквально своими неотдавленными еще сапогами, ощущая появление оного кошмарища на горизонте.
За всей этой медитацией, больше схожей на энерговампиризм, Лекс упустил момент, когда в него уперся чересчур внимательный взгляд Кеннета. Напрягшись, демон ответил таким же оценивающим взглядом. Неизвестно, что там думала его жертва, но сам Лекс впервые задумался о возрасте сидящего перед ним демона. Приходя в мир смертных, демоны чаще всего обзаводились телами соответствующими их, если можно так выразиться, возрасту души. Конечно, встречались и различные оригиналы, но, как правило, через несколько лет такие игры им надоедали, а для получения нового воплощения нужно было отстоять всю ту вакханалию, по ошибке называемую очередью, по новой. Правда, уже в мире смертных Лекс немного пересмотрел свои взгляды на очередь в аду. По его мнению очереди в местных госучреждениях отличались лишь объемами и дизайном помещений, общая же обстановка и атмосфера вполне соответствовали. Собственно все эти измышления привели демона лишь к одной простой мысли, перед ним сидел настоящий раритет. Иными словами, сам Кеннет был самой древней древностью в собственной же лавке. Впрочем, получить точные знания о прошлом этого мира от прямого свидетеля ученым не грозило. Причин тому Лекс с ходу мог назвать ж две. И обе до безобразия банальны: врожденная демоническая вредность и приобретенный склероз. Правда вместо того чтобы предаваться философствованию, демону стоило бы внимательнее следить за задержанным, его хищный взгляд по прежнему ничего хорошего не обещал.
-Сынок,  как здоровье вашей матушки?
Белиал нервно икнул и, забывшись, предпринял попытку трансгресировать в родные пенаты к запертому на хитроумный замок мини-бару. Потом вспомнил свою огненную маман, и икнул еще раз. От помянутой матушки демон совершенно точно унаследовал два качества: огненно рыжий цвет шевелюры и любовь к легковоспламеняющимся напиткам. От кого он унаследовал специфический художественный вкус, вынуждавший ради простого потрошения жертвы едва ли не театральные сценарии писать, долго выбирая время, место и наиболее красивое положение разрезов, так и осталось загадкой. Однако выпотрошить кого-нибудь хотелось как раз таки нестерпимо, еще и блондинистый якорь, примеряющий хрупкую психику демона с суровой действительностью, нагло остался дома.
- Пьет, курит и всячески наслаждается жизнью. – Не подумав, брякнул Лекс. О прочих интимных подробностях он, впрочем, решил не уточнять. К тому же имело место любопытство. -  Были знакомы?

+1

7

-Увы, не знаком с вашей драгоценной родительницей, - с напускным сожалением произнес Кеннет и покачал головой,- Но очень хотел бы познакомиться и засвидетельствовать ей свое почтение и восхищение тем, какого рыцаря правосудия она воспитала без малейшего страха и упрека. Могли бы прямо сейчас с вами вместе прогуляться и зайти к ней в гости.

Все это Шах говорил с дальним прицелом. Во-первых, надо было выманить патрульного на улицу, чтобы и он, Шах, наконец мог избавить это унылое казенное помещение от своего навязчивого присутствия и снова стать свободным человеком, то есть демоном.
Во-вторых, от хаотичных перемещений Корха по заставленной офисной мебелью каморке у Росситера сначала зарябило, а потом и задвоилось в глазах. Какое-то время он видел перед собой патрульного и его напарника-близнеца.
Две огненно-рыжих головы, мечущихся перед ним, навели его на новую мысль: а что, если у юноши есть какой-нибудь брат или сестра, а лучше- если несколько, например, чертова дюжина. Тогда он мог бы вступить в безжалостный и бесконечный торг с родителями и попытаться выкупить за недорого право на опекунство над одним из их рыжих отпрысков. Некоторые демоны, насколько знал Росситер, были чрезвычайно плодовиты. Особенно те, что проживали на территории республики Цинь-Хуань. Там даже был закон, ограничивающий количество детей в семьях демонов и последним приходилось тайно избавляться от своих нежеланных республикой детей, отдавая их на усыновление в дальние страны.

Итак, матушка пребывает в добром здравии и вовсю наслаждается жизнью, - неодобрительно подумал Шах.
Что такое наслаждение, старый демон уже начинал подзабывать. Давно в последний раз это было, веков пять или шесть назад,  а после того все происходило быстро и как правило, особого удовольствия не приносило. Хотя нет, была одна рыжая демоница,- ударился в ностальгические воспоминания Шах, - которая заставила его как следует тряхнуть стариной, осыпав песком и перхотью каминный зал баронского замка, в котором все это дело и происходило в компании железных рыцарей с секирами, охраняющих вход, и оленьих и кабаньих голов, с интересом наблюдающих за парой с окружающих стен.
Ах, молодость, молодость...- неискренне вздохнул Росситер.

Однако же коньяк в полицейском управлении был на удивление ядреный и ароматный - не иначе как конфискат. Даже две ложки растворимой кофейной бурды Некофэ, не справились с резким запахом клопомора. Одна капля этого напитка могла бы уничтожить полчища насекомых в радиусе двадцати миль. Жаль, не было с собой тары,чтобы отлить из чашки и унести с собой - в последнее время некоторые предметы мебели в лавке древностей стали уютным пристанищем для клопов. Обивка пуфиков эпохи Сердолика XIX , набитых козьим пухом и конским волосом, буквально шевелилась от активной деятельности мелких жильцов. Собственно, на клопов Шаху было бы наплевать с высокой табуретки в стиле "Ню Падай", однако его возмущало, что новоявленные приживальцы его мебели не платили за аренду помещения.

-Нет ли у вас какого-нибудь ненужного пустого пузырька из-под ушных или глазных капель? - невинно спросил патрульного Росситер.
-Мне нужно по дороге к вашей матушке зайти в аптеку и набрать специально приготовленной для меня микстуры от сердечных недомоганий, а свой пузырек я случайно забыл дома.

Такой просьбой демон убивал сразу двух зайцев: во-первых, получал возможность захватить домой клопомора, во-вторых, еще раз напоминал патрульному, что жаждет познакомиться с его семьей.

+1

8

Брови  Лекса удивленно поползли вверх. Он пытался понять, что это собственно сейчас было. Завуалированная угроза лишить его человеческого тела посредством убиения оного? А какой еще самый короткий путь к его матери?
Демон заметил, с каким подозрением Кеннет заглянул в свою чашку и настороженно принюхался. Недоумевая, Лекс тоже внимательно принюхался к своей чашке. Совершенно ничего неожиданного. Все тот же запах коньяка, провезено одним владельцем бара без надлежащих документов. Всего ящиков было три, но один пострадал при конфискации. Ребята из отдела честно продемонстрировали начальству тот самый ящик с уцелевшими бутылками и несколькими битыми голышками от недостающих. У одного из коллег Корха был друг фармацевт, через которого удалось достать несколько коробок бутылочек заказанных на стекольном заводе под йод. Всего получилось двести девяносто восемь бутылочек. Еще две остались. Хотя согласно арифметике должно было получиться эти две плюс еще пятьдесят две. Но точные науки они такие неточные. Переливали всю ночь. Лекс с Никки лично принимали участие.
Правда, долго ностальгировать не дали. Во-первых, загадочным образом закончился его гхм… кофе. Во-вторых, странные поползновения задержанного в сторону его матери наоборот, заканчиваться не собирались.
- Сердце болит за родину? – Отстраненно поинтересовался демон, пытаясь осмыслить происходящее. Со смыслом у Лекса всегда было тяжко. Бессмысленности у него получались гораздо лучше. Чтобы его более не отвлекали от столь сложного процесса, Лекс молча, извлек из кармана очередной пузырек из-под йода и поставил перед Кеннетом.
Но демон поднапрягся и все же задумался, с каких пор по дороге в ад встречаются аптеки. Да, Кеннет определенно мог вызвать когнитивный диссонанс у любого адекватного человека или даже демона. Лекс к счастью адекватным не был и в его мировоззрении аптеки на пути в ад вполне могли попадаться. Да и мало ли. У каждого свои странности в жизни. Вот у Лекстона, например, куда бы он ни шел, всегда на пути попадаются бары. А у кого вот аптеки, тоже наверно заставляет остановиться и задуматься, а там и заглянуть на минуту-часик.
Но тут Белиала накрыло прозрение. Как он сразу не догадался? Что если Кеннет знает, то чего не знает он? Ведь Наам тоже могла отправиться в мир смертных. Может он даже поселилась где-то в Виспершире, а он об этом и не знает?
- Она здесь? – Глазам демона сейчас бы позавидовала любой обдолбаный кот, практически идеальный круг и расширенные зрачки. – Наам в мире смертных, а на улице еще не началась вакханалия?
Тут взгляд его невольно упал на окно и Лекс был вынужден признать, что да, погодка не располагает  ни к улицам, ни к вакханалиям. Значит, где-то прячется. В подполье. А он все равно не в курсе. Обидно.

+1

9

-Она – здесь, - глубокомысленно подтвердил Шах, хотя понятия не имел, о ком идет речь. Но спорить с представителем закона было бы неразумно, да и почему бы не оказать любезность, разделив авторитетное мнение стража порядка?
Однако же имя «Наам» наводило на определенные подозрения. Это было демоническое имя, а посему речь шла о какой-то знакомой Корха из отряда демонов женского пола. Может быть, романтической знакомой, которой Лекстон случайно задолжал крупную сумму денег, или даже начальнице, тщетно ожидающей рапорта о произведенных в прошлом месяце задержаниях, а может… Да что там гадать? Было ясно, что встреча с этой особой патрульному ничего хорошего не сулит, так как его и без того черные глаза приобрели оттенок чернил в ручке Росситера, а размер зрачков прямо указывал тот факт, что уровень адреналина в крови Корха превысил все допустимые природой отметки.

Впервые патрульный приятно удивил Росситера: мало того, что угостил кофе, так еще и отозвался на просьбу предоставить пустой пузырек. "Что бы это значило?" – недоумевал Кеннет.
Неужели юноша настолько привязан к своей любящей маман, что простое предложение Кеннета с ней познакомиться вызвало у него такой прилив благодарности? "Вот что значит семья!" – думал Кеннет, сокрушаясь о своей нелегкой доле безродного подкидыша. – "Вот что значит настоящая сыновняя привязанность!" И ему даже стало как-то жалко разлучать такую дружную и любящую пару.

"Интересно", - вдруг подумал он, - "а есть ли у  юного Лекстона отец?" А если нет?! Может быть, ему действительно стоит одним глазком взглянуть на мать, а там, кто знает, и  свадебка сладится, чем черт в наше время не шутит! Тогда он станет официальным отчимом патрульного – и семейное дело окажется в широкополой шляпе, а ему перестанут поступать квитанции с уведомлением об очередном штрафе. Не будет же Лекстон изымать деньги из семейного бюджета в пользу городской казны!

-Ах да, офицер Корх, - вдруг вспомнив предыдущий вопрос патрульного, спохватился демон, - болит сердце, ой как болит! – и он прижал руку к тому месту, где, как он предполагал, находился вышеупомянутый орган. – Спасибо вам за кофе и пузырь, и давайте уже пойдем за лекарством в аптеку. А еще лучше, если вы меня туда доставите на своей патрульной машине, или велосипеде, или что там у вас есть. Я примощусь на багажнике, если что. Вас же учили оказывать первую помощь потерпевшему? Вот и окажите, будьте любезны!

Отредактировано Kenneth Rossiter (27.05.13 13:01:55)

+1

10

Это «она здесь» прозвучало гласом пророка об апокалипсисе. Ну, или Лексу просто это показалось, после такого-то занимательного кофе. Он бы и сам не объяснил чего, собственно, разволновался, им с Наам грехи не делить. Пожалуй, его нервировал сам факт этого разговора. А еще эти странные взгляды. Не то чтобы Лекс сомневался в том, что сидящий напротив демон что-то задумал. Нет, в этом-то как раз можно было не сомневаться. По личному убеждению Лекса, Кеннет вообще слишком много думал, и от этого были многие его беды, такие, как, например, сам Лекс. Но вот это то как раз тешило самолюбие и доставляло. Что может быть приятнее, чем быть кому-то занозой в том самом чувствительном месте, которым многие еще и думать умудряются. Сам вот Лекс старался не думать. Он от этого трезвел, что неумолимо печалило. Хотя конечно все было не так просто, но демон верил, что главное тренировки.
Вот и сейчас Кеннет сам того не зная буквально его спас. А то Лекс уже начал поддаваться тлетворному влиянию окружения и задумался. Теперь главное чтобы о факте своего геройства не узнал сам Кеннет, а то еще помрет от расстройства, или, что хуже, начнет требовать вознаграждения. И судя по взгляду его вполне устроит пожизненное рабство Лекса. Однако стоило что-то сказать.
- Оказание первой медицинской помощи входит в общий курс. – Надменно изрек демон, пытаясь этот самый курс припомнить.
Откровенно говоря, из «первой помощи» Лекс помнил только искусственное дыхание. А еще он помнил, что при его исполнении на специальных курсах, по утверждению инструктора, переломал манекену половину ребер, практически сравняв грудную клетку со спиной. Но это было нервное. Ну, вот зачем этому любителю красных спортивных штанов, понадобилось просить его представить на месте манекена отца, который, по утверждению инструктора тоже мог стать жертвой прискорбного случая. Лекс в такое везение не верил. Не то чтобы он был в каких-то претензиях к отцу. Всего лишь чисто демонический спорт «подсиди ближнего». А еще Велиар как-то умудрился сломать любимый детский нож маленького Белиала. Удивительность этого происшествия состояла в том, что стальной нож сломался после того, как великий и ужасный на него сел. Вой боли Велиара был единственным, что хоть как-то примерило демона с утратой. Но, смирится - не значит забыть! Хотя иногда приходилось и записывать. Так, на всякий случай.
- Машина. – Кратко ответил Корх. Желание попользоваться казенным имуществом в виде машины и бензина, было демону вполне понятно и близко. – В такую погоду не многие экстремалы выберут что-то менее устойчивое и более открытое. Собственно, кроме Вас, я за неделю ни одного такого не видел.
Многозначительный взгляд демона должен был подтолкнуть подозреваемого во всем и сразу. В этом самом всем сознаться и чистосердечно изложить на формате А4 ровным шрифтом на государственном языке и желательно печатным шрифтом.
- А что за препараты вы получаете? – Живо заинтересовался Лекс. Он вообще, когда не хотел куда-то идти начинал соображать значительно быстрее. – И рецепты на них у вас имеются? А как зовут выписавшего врача, я бы хотел с ним пообщаться. Понимаете, вы ведь так ценны для нашего города. Ваш магазин древностей – заткнет за пояс любой блошиный рынок, но Кеннету такое говорить все же необязательно – это можно сказать одна из достопримечательностей. По этому вам просто необходимо следить за своим здоровьем, ведь вы кажется не имеет наследников. – иначе бы столько не прожили, но что ж поделаешь – А городским властям в случае какой-либо печальной неожиданности останется лишь передать все музею. – или перепродать частным коллекционерам, предварительно растащив и прикарманив.
Лекс сделал самое честное лицо и устремил на демона полный соучастия взгляд. Тут главное, было, не переборщит с честностью, чтобы не травмировать случайно психику окружающих. А то, как говорится: « у честных людей просто не бывает таких честных глаз».

+1

11

- А что за препараты вы получаете? И рецепты на них у вас имеются? А как зовут выписавшего врача, я бы хотел с ним пообщаться.Вам просто необходимо следить за своим здоровьем, ведь вы кажется не имеете наследников
На ловца и зверь бежит! Безусловно, Шах был совсем не против назвать патрульному Корху имя, фамилию и номер дома столь упорно лечащего его врача. И даже ключ от кабинета доктора он отдал бы, не глядя, если бы тот у него имелся. Но психиатр предусмотрительно прятал ключ очень-очень далеко, и Шаху никак не удавалось завладеть им при помощи своего дара перемещать металлические предметы.

-Франк Херринг….психиатр… и даже, кажется, имеет просроченную лицензию на проведение опытов над душевнобольными, - как бы нехотя выдавил он, делая вид, что эта информация получена от него под давлением. Упоминая о просроченной лицензии, он надеялся, что Лекстон сразу же учует прекрасную возможность наехать на психиатра и, как минимум, потреплет тому нервы.

-А рецепт на сердечные капли не нужен, по мне и так все видно, - продолжил он, надеясь, что его зеленовато-бледные кожные покровы и синие от облизывания чернильной ручки губы введут патрульного в заблуждение. – Да, наследник бы мне не помешал, при моем-то нынешнем состоянии здоровья, - притворно вздохнул он, искоса глянув на Корха. – Какой-нибудь порядочный молодой человек, из хорошей семьи, верный слуга Отечеству, будущий отец моих внуков.

Корх смотрел на него так, как будто только что закончил краткосрочные курсы гипноза у Франка Херринга. Ну просто сверлил и буравил взглядом. Он явно ждал какого-то признания от своей жертвы, но какого? Честный гражданин Росситер терялся в догадках. Ведь он ничего противозаконного сегодня еще не успел совершить, а все эти инсинуации с коляской не стоили и выеденного яйца.

-Лекси, - демон решил сменить тактику и обращаться с патрульным не как с младшим представителем законной власти, а как со старым, хотя еще и молодым, знакомым и даже приятелем. – Я вот о чем подумал. Подарю-ка я свою коляску управлению. Вам она пригодится, чтобы отправлять подозреваемых  после допросов домой. Сегодня же закажу медную табличку с надписью «От гражданина К. Росситера – полицейскому управлению Виспершира на добрую память» и привинчу к спинке с обратной стороны. Давай так и зафиксируем в протоколе: «Допрашиваемый Кеннет Росситер добровольно передает в дар полиции свою инвалидную коляску» Эх, жаль забыли пригласить репортеров – представь какой бы получился снимок: ты, я и коляска!

+1

12

Наконец-то! Нет, в это даже не верилось. Задержанный начал говорить! Не то чтобы задержанные никогда не говорили. Вот Кеннет, например, всегда говорил. И говорил он о чем угодно, кроме причины своего очередного задержания. А при попытке задавать наводящие вопросы, хитрый демон умело съезжал с темы, расшатывая Лексову психику очередной ирреальной байкой. Но служитель закона и его применения к личной выгоде, патрульный Корх, волевым усилием отодвинул глубокий моральный шок в сторону и зашуршал блокнотом. Небольшой такой блокнот, позитивно – кровавого цвета, всегда был при нем. Лекс записывал туда все что надо не забыть: договоренности, долги и шпаргалки, вроде определений к таким понятиям как «совесть», «милосердие» и прочие непонятные вещи.
Теперь там появилось новая запись:
«Франк Херринг (возможно пседвдоним!) – психиатр. Соучастник Кеннета Росситера. Имеет просроченных душевнобольных и лицензию. Проводит опыты (возможно на Кеннете или крысах (уточнить). Информация нуждается в проверке.»
Писать пришлось быстро чтобы не прослушать, что там дальше поет «птичка - перепил». Но к вящему расстройству Лекса дальше демон скатился к своим семейным проблемам. Полицейский даже почти поверил что некто Херринг оказывает Кеннету исключительно врачебные услуги. Тот, судя по всему, собрался похитить человека! Или не человека. Описание, с точки зрения демона, больше подходило кому-нибудь из пернатого племени. Лекс только мысленно подивился, где Кеннет собирается искать себе жертву с такими-то запросами. И тут же посочувствовал бедной жертве. Судя по всему, парень был нужен демону для разведения. Зачем Кеннету человеческие детеныши Лекс не знал, но собирался выяснить. Любопытно же!
Лекс напружинился, собираясь вытрясти из демона все что можно и что нельзя. Он даже почти решил с чего начать новый виток допроса, практически рот открыл и так и клацнул челюстью об линолеум. Он был разбит! Морально сломлен и растоптан! Откуда? Откуда он узнал!? Это обращение,! Этот вой ангельских труб! «Лекси» - так к нему обращалась Николь, когда собиралась морально рассказать разошедшегося братца, чтобы потом скатать в трубочку и оттащить восстанавливать психическое равновесие. Это «Лекси» всегда было неспроста! И вот теперь, когда он почти раскрыл планируемое похищение человека, еще до его свершения, такой подлый удар. Такая травма!
Лекс шарахнулся к шкафу с макулатурой и попытался забиться в щель между ним и стеной. Он искренне раскаивался, что вчера вечером от скуки разобрал свое табельное оружие. Оно как раз лежало в пакете, завернутое в кулек, сделанный из какой-то цветастой тряпки, вероятно бывшей некогда элементом гардероба Николь. Лекс планировал поспорить с кем-нибудь из коллег, что тому не удастся его собрать. Просто собрать обратно ему показалось скучным и лишенным глубокого всемирного смысла. Теперь же оставалось только нащупать заточку в рукаве, слава паранойи это добро всегда было при нем. К тому же фраза «я подумал», с точки зрения Лекса звучала не менее настораживающее.
Лекстон осторожно выглянул из своего укрытия. Маньяк – похититель все еще был на месте и зачем-то собирался подарить управлению свою коляску. Видимо заметал следы.
- Вы намерены сами прикатить ее в кабинет Рида? – Удивление и любопытство сразили паранойю наповал и демон осторожно просочился обратно к окну. – Боюсь шеф не оценит жеста.
Столь широкий жест не мог не вызвать у Лекса отклика и он решил поделиться своими сомнениями. По мнению Корха у Ричарда Рида чувство юмора было глубоко законсервированным и дар гражданина, желающего улучшить работу родной полиции, тот бы не оценил. Из всех вышестоящих чинов, более - менее адекватным демону казался разве что, Ломан, да и тот призрак. Всем прочим пожалуй стоило последовать примеру Кеннета и записаться на прием к Херрингу.
- А контактные данные своего врача вы все же оставьте. – Задумчиво просил Лекс, прикидывая кому бы первому незаметно подбросить информацию о враче. Можно даже сослаться на анонимное послание. Пусть расследуют, может заодно подлечатся. – Да, мы с ним еще непременно побеседуем. Когда-нибудь, однажды. А репортеров звать мы не будем, ради тайны расследования. Вы же не хотите, чтобы писаки прознали, сколько людей ужа стали жертвами вашего вождения в таком виде?
Лекс постарался смерить демона проникновенным взглядом. Он даже подумывал прибегнуть к легкому внушению, но после того замечательного кофе не рискнул. По мере прополаскивания печени спиртом, контроль иногда сбивался, а ловить по участку Кеннета возомнившего себя Шумахером на своей коляске, или, не дай Темный Князь, пасхальным кроликом как-то не хотелось. Как уже было упомянуто, с чувством юмора у начальства временами не очень.

Отредактировано Leckston Korh (30.05.13 22:37:04)

+1

13

- Вы намерены сами прикатить ее в кабинет Рида? Боюсь шеф не оценит жеста.

"Кто бы сомневался, что шеф не оценит! - подумал Шах. -  Можно вместо папарацци пригласить профессионального оценщика для совершения сделки – я, конечно, и сам знаю, что коляска представляет собою исторический памятник гужевому транспорту и стоит кучу бабла, но будет лучше, если шеф выслушает объективное мнение от постороннего лица."

-Кстати, Лекси, - проницательный демон заметил, что такое обращение к патрульному вызывает у того прилив словоохотливости и маниакальное возбуждение, и захотел полюбоваться возбужденным патрульным еще раз. – Кто такой «шеф»? Шеф-повар? Он хорошо готовит? Надеюсь, вы не питаетесь в своей полицейской харчевне фаст-флудом, нет? Фаст-флуд очень вреден для здоровья. Надо тщательно и медленно пережевывать пищу, так и скажите своему драгоценному шефу. Или нет, давай-ка лучше я сам скажу. Пойдем к нему на кухню прямо сейчас, я проверю, все ли у него там чисто, и сдал ли он анализы на инфекции.

«Интересно, моет ли он руки перед едой так же часто, как я…», - задумался любознательный демон и посмотрел на свои руки.
Затем взглянул на свои карманные часы с миниатюрной кукушкой – подарок часовых дел мастера из Жмуриха. Кукушка пребывала в зимней спячке с начала декабря по конец апреля, поэтому в зимний сезон демону приходилось на часы посматривать. С мая по ноябрь он их просто слушал.

-Сейчас уже почти полдень, офицер Корх, верите-нет? Если не верите – давайте сверим наши часы. Ланч-тайм, офицер Корх, а в моем возрасте пищу надо принимать дробно и маленькими порциями. Грамм 50 виски шесть или семь раз в день – то, что доктор прописал. Да, тот самый доктор, вы правильно угадали, и виски у него контрабандный, - добавил дружеский мазок к портрету психиатра демон и выразительно посмотрел на кровавую книгу жалоб и предложений Корха. – Да, паленый и контрабандный.

Решив не отставать от патрульного, Шах снова достал свою черную учетную книжицу и вписал новые важные данные о Корхе:
NB! Проявляет беспокойство и оживление при обращении «Лекси». Боится шефа.

Еще раз проверив состояние своих рук, демон забеспокоился: из-за допроса он уже пропустил пять или даже шесть помывок.
- Патрульный Корх! – заявил он с видом человека, чьи гражданские права необратимо нарушены, - Где у вас тут туалет? Мне нужно туда по срочному и неотложному делу!

+1

14

-Кстати, Лекси,...
Демон вновь вздрогнул, однако повторяться в своих действиях он не любил, ну вот прям сейчас не любил. По этому Лекс с интересом покосился на потолок, но к сожалению достойной него люстры там не обнаружил, только скучный потолочный светильник, хиленький и неинтересный . Ну никакой фантазии у людей. А как бы живописно здесь смотрелась люстра в стиле барокко. Правда оставался еще шкаф, но потом Лекса придется стирать вместе с формой. Уборщицы нагло игнорировали свои прямые обязанности и напропалую филонили, это Лекс выяснил, еще прячась за диваном в вестибюли, от не вовремя вспомнившего про него начальства. Поэтому усилием воли и логосом лени, демон остался на месте. Тем более в одном из выпусков "Популярной психиатрии", который кто-то забыл на столике все в том же вестибюли и за которым Лекс тогда скоротал время за диваном, было написано, что при сумасшедших лучше не совершать резких движений,  как можно скорее связаться со специалистом. Вообще в своих рассуждениях автор статьи и светило каких-то там наук путем сложных логических и не очень измышлений и терминов приходил к тому, что вести себя сними надо как с медведями или змеями, минимум не двигаться,  а лучше лечь и притвориться шлангом.
Ложиться было уже поздно, ну или рано, это как посмотреть. К тому же возможно все не так ух плохо и это не старческий маразм, а просто с голодухи. Может быть, человек забыл позавтракать, вот теперь все ассоциации у него о еде.  К тому же Лексу мысль проводить Кеннета в кабинет шефа даже чем-то импонировала. И запереть их там вдвоем, ага. Жаль только Риду с этого вряд ли чего сделает, не считая нескольких десятков нервных волокон, которые наверняка будут уничтожены. К тому же уже действительно время обеда, наверно, а может и нет. Часы Лекс не любил, их тиканье было слишком упорядоченным и действовало ему на нервы. Так что Корх сделал вид что поверил, хотя это конечно было не так. Но в очередной раз отметал, что доктора стоит посетить, возможно, удастся пополнить запасы контрабандного коньяка, у них еще осталось несколько чистых склянок под йод. Он уже хотел сделать себе новую пометку в блокноте, как заметил, что Кеннет делает то же самое. И тот тоже явно заметил, что он заметил, вон как заторопился. И куда? В туалет! А это в высшей степени подозрительно.
Лекс почему-то решил, что демон собирается сжевать свою книжку, чтобы она не досталась врагу. Неужели Кеннет думает, что Лекс ему помешает? Должен бы конечно, но он очень хотел бы посмотреть, как демон будет это делать. Не каждый день увидишь, как кто-то глотает книги в прямом смысле слова.
- По коридору налево. – Милостиво ответствовал Корх. – А потом я, пожалуй, отвезу вас к вашему доктору. Очень бы хотелось с ним пообщаться.

+1

15

-По коридору налево. – сообщил патрульный.
Ну вот как раз этого мог бы и не говорить. Шах, сколько себя помнил, всегда ходил именно налево. Его внутренний компас указывал это направление без исключений, а стрелка прибора просто дрожала от предвкушения. Налево – это было хорошо и правильно. Где находится «право» демон так и не выяснил: компас хранил по этому поводу упорное молчание.

А вот вместе идти к «врачу» ему как раз ни разу не хотелось. Ни единого! Одного раза было бы достаточно, чтобы хитроумный Андрас понял, кто именно натравил закон и порядок на его душеспасительное заведение. И тогда – прощай тест Близнека! Прощай кушетка! Прощайте еженощные сны о маме. В том, что мама снилась ему по наущению психиатра, Шах нисколько не сомневался.

Предложение патрульного довезти его до кухни шефа демона сильно воодушевило. 
«Прекрасно-прекрасно!» - подумал он. – «Рикша-полицейский – это так необычно!» - и снова пожалел, что в окно управления не подглядывает какой-нибудь папарацци.
Заметив же манипуляции Корха с кроваво-красной книжкой штрафов, он еще больше возликовал душой. Патрульный сначала вытащил ее и уже собирался выписать штраф, но потом почему-то передумал и книжицу спрятал. Лицо у него при этом было хмурым и напряженным.
«Наконец-то,  –  ликовал Шах, -  я  уеду из участка неоштрафованным! Какой все-таки справедливый и неподкупный полицейский этот патрульный Корх! И как я раньше не замечал?!»

Хотя, по совести говоря, демон вообще не замечал слишком многого: например, кассира за прилавком магазина, и тому приходилось напоминать трижды, что надо бы оплатить покупку. Однажды Шах так и ушел, не заплатив, вот тогда и состоялось его первое знакомство с патрульным Корхом, которого хозяин магазина «Урот и Мания» вызвал, чтобы задержать, как он выразился, «вора». О том случае Шах до сих пор старался забыть. И ведь не взял ничего, ну ничегошеньки не привлекло его внимание в этом доме со странным номером 18+. Он вообще зашел туда по рассеянности – перепутал с магазином товаров первой необходимости. Когда уже вошел внутрь и опомнился, как-то неловко было уходить без покупки, поэтому он взял пачку явно просроченных разноцветных презервативов, перепутав их с воздушными шариками. И такой конфуз! Естественно, было раздуто «дело», естественно, выписан штраф, и естественно, шарики пришлось вернуть хозяину магазина нераспечатанными.
Или в другой раз… Но нет, этот случай вообще не заслуживал внимания.
Демон поудобнее устроился в коляске и заявил:
-Я готов, офицер, поехали!

+1


Вы здесь » Задверье » шляпа специалиста и прочие жизненные истории; » Дело о вождении коляски в нетрезвом виде.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC