Задверье

Объявление

текущее время Виспершира: 24 декабря 1976 года; 06:00 - 23:00


погода: метель, одичавшие снеговики;
-20-25 градусов по Цельсию


уголок погибшего поэта:

снаружи ктото в люк стучится
а я не знаю как открыть
меня такому не учили
на космодроме байконур
квестовые должники и дедлайны:

...

Недельное меню:
ГАМБУРГЕРОВАЯ СРЕДА!



Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Задверье » чердак; » Психиатрическая вписка


Психиатрическая вписка

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

— Вы моего друга не видели? Высокий, волосы темные, глаза лошадиные. Мы с ним одновременно сошли с ума.
(с)

1973 год. Гекльберри и Мортимер. Несудьбоносная встреча в психиатрическом отделении городской больницы.

+2

2

В чёрной-чёрной больнице в чёрной-чёрной палате держали сильно-сильно больного человека. Настолько больного и настолько сильно, что стены палаты периодически приходилось уплотнять, а на дверь уже нашили десять сантиметров бронированного слоя и поверх обмотали якорными цепями. Родители Гека особо платили за надёжность.
В эту палату никогда никого не подселяли. Потому что там был ОН.
Ну ладно, на самом деле это неправда. Да, ни больница, ни палата чёрными не были. Бледно-бананового, если быть честным. А палата - скорее, канареечного.
Остальное - да, остальное было правдой.
ОН действительно был, хотя сильно удивился бы, что кто-то пишет его большими буквами. Его имя даже в свидетельстве о рождении было записано маленькими. В примечании. После внушительного строя из "и т.д."
И мощная дверь предназначалась в первую очередь для защиты от внешнего мира, для душевного спокойствия.

Гекльберри сидел под кроватью и боялся. Этим он занимался последние два месяца, против чего не очень помогали уколы и таблетки, к которым от безысходности периодически прибегали врачи, потому что таблеток и уколов Гекльберри тоже боялся.
Он слышал, что врачи говорят о нём. Они считали его мальчиком, считающим себя тапочком. Он считал их идиотами, но сидел под кроватью, поэтому не спорил со званием мальчика-тапка.
- А потом я перестал всех бояться, стал храбрым-храбрым, меня выпустили, я ушёл в цирк и завёл себе много-много птичек, и назвал их всех Синдереллами, чтоб им не было обидно, что у кого-то красивей имя, чем у других.
Гекльберри рассказывал сам себе сказки и придумывал людей. Они все были добрыми и нестрашными.
На середине истории про Очень Мягкую Женщину он услышал бряк многочисленных замков и цепей. Забился поглубже.
Судя по звукам, кого-то завели внутрь. Гекльберри слышал шаги. Наружу шагов вышло меньше.
Этот кто-то был тут. В его маленькой уютной палате, где безопасно. Гекльберри зашарил взглядом по подкроватью в поисках чего-нибудь тяжёлого, чем можно вернуть себе безопасность и одиночество.
- Пожалуйста, не убивай меня! – заверещал он, лихорадочно пытаясь выдернуть пружину, достаточно острую, чтоб больно кого-нибудь тыкнуть. – Не убивай меня, я расскажу тебе сказку!

+3

3

Однажды не так чтобы очень давно жил на свете... точнее, уже не-жил один призрак, имя которого приводило в благоговейный ужас всё живое и не очень население Виспершира. Он, конечно, был самым-самым призраком, поэтому по мотивам его жизни снимали фильмы, писали книги, заметки в газеты, и даже некрологи - и те не преминули упомянуть призрака и напомнить, что такого в высшей степени пугающего мир своей эктоплазменностью существа еще никогда прежде не бывало и никогда не будет после. Понятное дело, что призрак на работу не ходил и для общества был чрезвычайно не полезен - бояться спустя пару десятков лет всем надоело, но вариантов не было. А как же тут трудиться, если нужно обязательно потрястись в страхе под столом, повисеть на шторе и обязательно провести немного времени в холодильнике - там дрожь ужаса выходила куда реалистичней. И так бы и продолжали жить бедные жители Виспершира, если бы из другого мира и другого Виспершира к ним не пришел мальчик-привидение Джаспер и всех не спас.
Собственно говоря, эта история рассказывалась в пятьдесят четвертой и пятьдесят пятой сериях длинной телевизионной эпопеи про Джаспера, и именно до этих серий в попытках успокоить себя довспоминался наш призрачный герой, когда сидел в кабинете Когототама. Звали его как-то по другому, но Мортимеру это было не интересно. Он был призраком, но никто, совсем никто, не верил ему.
Строго говоря, призраком он был всего четыре с четвертью дня, но уже чрезвычайно этим гордился. Говоря совсем сурово, призраком он не был вовсе, - всего лишь жертвой телевидения и недосмотра любящей мамы. Но Мортимер Чедвик был абсолютно уверен в том, что умер. И даже уже несколько раз рассказал эту историю. И про герань, стоящую на окне и свалившуюся ему на голову, и про грузовик с пряниками, и даже про льва, сбежавшего из зоопарка в соседнем городе! Но на него лишь надели дурацкую рубашку и оставили сидеть в одиночестве. Морти было скучно. Морти хотелось поговорить и рассказать кому-нибудь еще и про смерть от переедания конфет.
Потом за ним кто-то пришел, но Мортимер уже опять занимался пересказом серий "Джаспера" и дошел до семьдесят второй, одной из своих любимых, про школьную постановку и маленьких актеров-привидений. Поэтому его не особо волновало, куда это его ведут и почему оставляют там в одиночестве, хотя чисто ради профилактики он и нервно дрожал.
А вот потом... Морти испуганно подпрыгнул, дернулся вправо, затем куда-то по диагонали на северо-восток, и наконец вжался лопатками в стену. Вообще-то, он собирался просочиться сквозь нее и убежать отсюда подальше, в свою милую маленькую квартиру, но стены тут были неправильные, пройти сквозь них почему-то не получалось.
- З-з-зачем мне тебя убивать? - кусая пальцы, спросил Морти. - Да и я не могу. Я же п-п-призрак, - он моргнул, потом лег животом на пол и положил подбородок на сложенные руки. - А ты разве не привидение? - Мортимер погрыз ладонь и подергал завязочки на больничной рубашке. - Привидения всегда знают самые лучшие сказки. - Ему, конечно, было страшно, но и очень любопытно. И этот мальчик с ним разговаривал, а не смотрел влажными глазами, как та женщина, которая привела его сюда. - Расскажешь? - наконец застенчиво попросил Морти, утыкаясь лицом и ладонями в пол и совсем не чувствуя, какой он - теплый или холодный. Ну да, правильно, он и не должен.

+3

4

Гекльберри замер. Он слышал чужое дыхание.
Дыхания было много. Хватило бы на вооружённого кухонным тесаком великана. Гек очень хорошо его представил, багрового, огромного. С ассиметричными фиолетовыми усами, кончики которых щекочут ноздри на вдохе. Ему стало интересно, какого цвета эти усы, и, приготовившись спасаться в любом направлении, он выглянул из-под кровати.
И увидел мальчика, почти такого же напуганного, как он сам, а для нормальных людей это равнялось сердечному приступу.
- П-п-привет, п-п-призрак, - еле выдавил Гек меж пляшущих губ. Не выстукивай его нижняя челюсть зажигательный ритм, он бы спросил призрака, почему тот совсем не призрачный. И, будь он кем-то другим, не собой, - потыкал бы его пальцем.
Но он в отличие от гостя не был уверен, что призраки не могут убивать.
Хотя он знал свою маму. Та могла поругать, вздохнуть или назвать маленьким испуганным зайчиком – а вот убивать нееет, она бы не смогла. Может, гость и был прав.
- Я не п-п-п... п-п... – Гек поймал ладонью свой подбородок. Тот трясся, как воробушек. – Я не привидение, я Гекльберри. У меня мама привидение, а я – нет. Я Гек, вот. А ты тут зачем?
Он опасливо покосился на мальчика. На том была надета точно такая же рубашка. Будь они девушками, Гекльберри должен был бы убить визитёра. Но в комнате не было ничего жёсткого или острого, а Гек был Геком, так что максимум он смог бы только завизжать до смерти.
Не зря он называл эту комнату Безопасной.
Его тут никто не сможет обидеть. Никто. Вдохнув и выдохнув, Гек на всякий случай засунулся обратно. И медленно, не привлекая внимания, отполз к дальней стене.
- На полу холодно, ты простудишься, - сказал он.
А ещё тот мальчик тоже любил грызть пальцы. Гек подумал, что если сейчас принесут таблетки, он сможет поговорить с новым другом, обсудить технику кусания мизинцев и вдумчивого обжёвывания указательных пальцев. Рубашки, заикание, привычка грызть пальцы – у них явно было много общего. Наверное, в Безопасную Комнату принесли объёмное зеркало.
- Ну, если тебе интересно, расскажу. Я родился храбрым, очень храбрым. Полжизни лазил по крышам и бесстрашно бродил по тёмным подворотням. И даже... даже звонил в квартиры соседей, а потом убегал – вот такой я был храбрый! Ещё я ходил в школу и был там храбрым. Все учителя мне об этом говорили и все одноклассники. Потом я сбежал в цирк, стал там птичником и подружился со львом, но это неинтересно. А ещё я никогда не боялся темноты, вот! И всегда отважно сидел прямо посреди комнаты, правда круто?
Он чуть пошуршал в благословенном подкроватье и подвинулся так, что одно ухо оказалось ближе к наружности.
- Теперь ты рассказывай.

+2


Вы здесь » Задверье » чердак; » Психиатрическая вписка


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC