Задверье

Объявление

текущее время Виспершира: 24 декабря 1976 года; 06:00 - 23:00


погода: метель, одичавшие снеговики;
-20-25 градусов по Цельсию


уголок погибшего поэта:

снаружи ктото в люк стучится
а я не знаю как открыть
меня такому не учили
на космодроме байконур
квестовые должники и дедлайны:

...

Недельное меню:
ГАМБУРГЕРОВАЯ СРЕДА!



Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Задверье » чердак; » Первый раз


Первый раз

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

Кто: Coraline Wyatt, Nigel Lomman.
Где и когда: Дом Ломмана, вечер после похорон.
Что: Первая смерть - это как первая сигарета или первый поцелуй: запоминается навсегда. Ну, по крайней мере, в это верит сентиментальная Коралин Уайатт. Что же, придется Ломману познакомить ее с грустной правдой - как жизни, так и смерти.

Отредактировано Nigel Lomman (10.12.11 00:04:14)

0

2

На поминки свежеубитого шефа Коралин прийти не смогла - ловила на живца воришку, который повадился таскать портмоне из карманов и цветы из петлиц добропорядочных горожан. Вернее, не на живца, а на кошелек на веревочке, но суть одна - работа в очередной раз поставила крест на социальной жизни мисс Уайатт. Так что пока кладбищенские работники ставили крест на могиле ее начальника, Коралин пряталась в кустах снежноягодника, поджидая преступника и обливаясь слезами. В глубине души.
И только поймав к вечеру воришку, профилактически надрав ему уши и вручив экземпляр “Твистера Олива” - самую сопливую в истории книгу, в которой внезапно остро высмеивалась проблема детской преступности - Коралин наконец смогла выкроить время, чтобы почтить память Ломмана. На церемонию погребения детектив явно не успевала, вечеринка по поводу поминок тем более давно закончилась, поэтому Уайатт завернула непосредственно домой к покойному.
- Простите, что не пришла сегодня. Я больше не буду. - С порога извинилась она, протягивая шефу букет маргариток. - Если вам станет легче, мои похороны тоже можете прогулять.
Она оставила в прихожей свой малиновый плащ, под которым обнаружились джемпер с мультяшными шиншиллами-детективами и ярко-лазурная юбка - с оглядкой на печальное событие, Коралин сегодня оделась на порядок строже, чем обычно - и последовала за Найджелом в кабинет.
Спустя четверть часа и полбутылки какого-то алкоголя из хозяйских закромов, который Уайатт добросовестно пила за упокой, а Ломман пытался научиться задерживать в своем призрачном пищеводе дольше, чем на пару секунд, разговор как-то сам собой с темы в такой ситуации очевидной - если сойдутся Человек-Паяльник и Кибер-Утка, то кто кого побьет - съехали на тему привычную. Убийства и еще раз убийства.
- Не верю. - Стукнула по столу чашкой синего фарфора, из которой от такого обращения выплеснулось немного бурбона, Коралин. - Первый раз всегда запоминается. Кто, где, с кем и в каких позах.
Она печально покачала головой, и немного пьяная комната вокруг покачалась ей в ответ.
- Вот прирежут вас в шестой раз, я и слова не скажу, но сейчас-то ответьте - кто это был?
“И в каких позах,” хотела добавить она, но тактично промолчала.

Отредактировано Coraline Wyatt (10.12.11 00:48:58)

0

3

Ломман вернулся с кладбища в смешанных чувствах. Он-то всегда думал, что мир простой, как табуретка: верь в заповеди Раблемского аббатства и наплюй на все остальное. Оказалось, таки нет: в мире жили ангелы, жили демоны, а он теперь даже ни с кем не мог поделиться этой невероятной новостью.
Впрочем, метафизические размышления были не для него. Найджел несколько раз окликнул дочь - та не отзывалась. Наверняка убежала поминать любимого папочку. Ну, он сам на ее месте обязательно поступил бы именно так.
Похороны, по сути, ничем не отличались от любого другого большого торжества: по их окончании хотелось представить спокойную умиротворяющую картину массового геноцида и побездельничать в одиночестве.
Но не тут-то было. "И поделом," - подумал Ломман, - "не надо было брать на работу непунктуальных существ."
Потом он сразу же подумал, что было бы забавно, если бы и Коралин оказалсь какой-то антропоморфической сущностью, но нет - у нее оправдания своей неадекватности не нашлось, а только букет маргариток и отличный нюх на спрятанный до лучших времен виски. И, конечно, много странных вопросов.
"Вот зачем она нам. Кто-то всегда должен задавать странные вопросы."
-Ну, очевидно, твои первые разы все были не так давно, - ответил Найджел девушке, одновременно пытаясь наловчиться и забросить фантомные ноги на вполне еще материальный стол. Выходило скверно.
-Ладно, так и быть, - Ломман сделал вид, будто пытается вспомнить, и рассмеялся, внезапно осознав о себе еще один забавный факт.
-Кажется. все мои первые раы были в каком-то очень пьяном и очень угаре, так, что я серьезно не помню. Ну да, точно: первый поцелуй, первая драка, кажется, даже первое завершенное дело. А, нет, нет, кое-что все же было. Свой первый пьяный угар я помню очень четко.
Инспректор растроганно покачал головой.
-Наверное, у меня просто еще мало опыта. Серьезно - вот второй раз я точно все запомню. А первый... Давай лучше работать по старым методам. Ну, ты должна помнить: там, следы, отпечатки, стрелочки, нарисованные моей кровью, которые ведут к логову преступника. Что, в твоих мультиках разве не так учили?

+1

4

- В моих мультиках хозяин замка подглядывает за гостями из-за портрета, убийца - левша, а в конце все получают по куску шоколадного пирога. - Отрапортовала Уайатт. - Вы видите здесь пирог? Значит, по крайней мере у левшей есть алиби.
Блеснув этим ярким образчиком логики в стиле “круглое, значит оранжевое”, детектив опустошила свою чашку, потом чашку Ломмана, потом заглянула в бутылку, печально вздохнула, обнаружив, что они успели прикончить виски, и поднесла ее горлышком к правому глазу на манер подзорной трубы.
- Давайте действовать по старой методе, - предложила она, рассматривая синего Найджела сквозь не менее синее донышко, - давайте восстанавливать цепочку событий.
В день, когда ее шефа распотрошил чокнутый маньяк, Коралин пила какао, заполняла отчеты, выпрыгивала со второго этажа управления, чтобы показать стажерам, как себя вести в экстренной ситуации, и откровенно скучала. А вот Найджел развлекался - заперся в допросной с каким-то здоровенным хмурым типом, которому судьбой было предначертано стать мясником, а он отчего-то работал дирижером, и они часов пять вычисляли, кто может быть причастен к делу о похищенных либретто.
- Помню, как вы выходили вечером из допросной, - подала она голос через некоторое время - и насколько я могу судить, были еще живы.
Коралин отложила наконец пустую бутылку, не вылезая из своего кресла потянулась к рабочему столу Найджела и утащила блокнот и пару карандаш. Весь последующий монолог сопровождался равномерным скрипом грифеля по бумаге.
- Потом вы ругались с курьером, пили чай с Блейком, показали школьной экскурсии лабораторию и сделали мне бумажную лягушку из прошения прокурора, помните?
Уайатт показала шефу страницу блокнота, где красовался яркий график, подписанный “Ломманая кривая”.
- Рисунок справа - это то, что вы делали днем, а черная линия слева - это вы умерли. А пропуск между ними нам надо восстановить. Вот этот зеленый отрезок - это вы спрятали документы в сейф, забрали у меня пончик и ушли из участка. Что вы делали потом? Вы заметили что-нибудь подозрительное? Вы знаете кого-нибудь, кто мог желать смерти инспектору Ломману?
Как ни странно, Коралин верила в такую абстрактную категорию, как справедливость. Справедливости ради, убийца шефа должен быть наказан. Во имя Найджела детектив собиралась любой ценой выбить информацию из всякого, кто таковой располагает. Даже если это был сам Найджел.

+1

5

-Сейчас,  - сделав вид, что он что-то вспомнил, сказал Ломман. - Сейчас, сейчас, да, было что-то очень подозрительное. Ты как-то очень легко мне в этот раз отдала свой пончик. Признавайся, что туда подсыпала? Мышьяк, цикуту, цианид? Или просто толченое стекло?
Найджел мог продолжать в подобном ключе бесконечно долго. Не то, чтобы ему очень уж нравилось дразнить Коралин. Скорее, инспектора злило, что он действительно ничего не помнит.
Ну, то есть - он, который полжизни считал окружающих слепцами с забитыми полипами носами, людьми, неспособными сопоставить всего-то пару очевидных любому идиоту фактов, заметить несоответствия в показаниях и по тому, как именно подозреваемых нахмурил лоб, понять, кто он: жертва обстоятельств или коварный злодей. Этот же самый инспектор Ломман умудрился пропустить яркий финал собственной жизни.
Ну, то есть, как пропустить. Сложно, конечно, не заметить, как тебя пыряют ножом в сердце. И, конечно, мало кто успевает в такой момент запомнить что-то, кроме ослепительно яркого: "Черт!", затмевающего прочие мысли. Но это же обычные люди.
А Найджел должен был все запомнить. Он просто не рассчитывал, что может быть иначе. И вот - теперь Коралин добивает остатки его самолюбия своей наивной верой во всемогущего и всезамечающего Ломмана.
Вот и приходилось импровизировать:
-Так, бросай свою схему, и, чтобы тебе было проще понять масштаб, подели лист бумаги на две колонки. В одной запиши список людей, которые мне смерти желать не могли. Туда впиши Блэйка. И меня. Хотя нет, будем объективны: меня вычеркни.
Несколько секунд Найджел колебался, потом все же сдался:
-Ладно, впиши еще раз. Я же не мог себя сам прирезать. А во второй колонке запиши: остальные. И не спрашивай, как мне это удалось, я не знаю. Просто вот так вот забавно вышло.
Ломман встал и выжидающе посмотрел на Коралин. Любой нормальный человек от такого взгляда понял бы, что он перешел ту грань, когда гость в доме остается желанным.
-Ну, что же. Очень мило, что ты заглянула. До... - протянул инспектор, вспоминая, полагается ли ему внеочередной отгул по случаю смерти, - завтра.

Отредактировано Nigel Lomman (18.12.11 01:18:16)

0


Вы здесь » Задверье » чердак; » Первый раз


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC